Клан

Он уже не слышал, ревет ли саламандра, уже не слышал, кричит ли сам, не слышал ничего, так как рев взрыва глушил все, даже мысли.

Не известно, долго ли продолжалась неистовая пляска огня со светом, но когда все более-менее утихло, со стоном и звериным рычанием, Арлин все-таки поднялся. Он посмотрел вокруг и просто оторопел. Все было выжжено и разрушено. Но они не могли нанести такой урон. Удивлению парня не было предела, пока он озирался вокруг и разглядывал раскаленные руины города. Чуть в стороне лежали обугленные останки чего-то большого.

Он продолжил осматривать местность. Где-то неподалеку шипела небольшая лужа чего-то расплавленного. Пошатываясь, Арлин подошел к ней и посмотрел на свое отражение. Из горячего зеркала на него смотрела большая черная кошачья голова с невероятно широкой оскаленной пастью.

– Какой же я, к черту, Феникс?.. – тихо пробормотал парень, но его голос был невероятно грубым и рычащим.

Снова боль накрыла его. Не выдержав, он завалился на спину и потерял сознание.

Тогда он впервые увидел то, что в последующие годы периодически являлось ему в кошмарах. Но никто никогда не смог дать фремайну объяснений, в кого он превратился в той кровавой бойне. Единственное, что он получил в ответ, это море удивления и беспокойства от его отца, когда тот услышал о произошедшем.

Арлин вошел в каминный зал Айдухейма. Кто-то камнем повис у него на шее, постоянно всхлипывая.

– Все в порядке, мам, – прошептал парень, обнимая фремайну. – Я жив. Все хорошо.

– Ты что, убил ее? – изумленно спросил отец, вставая с кресла.

– Нет, – тяжело дышал юный фремайн. – Но она мертва. Вот только мне шкуру чуток подшить надо, – он большим пальцем указал через плечо.

– Рана? – удивилась мама.

– Саламандра, – спокойно сказал отец. – Шрамы останутся.

– Я зашью…

– А я помогу! – подбежала маленькая сестра.

– О, буду рад, Ази, – улыбнулся Арлин, обнимая ее. – Только ничего лишнего не зашей, – он посмотрел через плечо Азарии на удивленного брата. – Привет, Арген.

– Что же убило саламандру? – не успокаивался Энамайн.

– Не знаю. Какой-то взрыв…

– А как же тебя не размазало по земле?..

– Не спрашивай, – вздохнул фремайн.