Проблема сильного

Ты Витовт Хуш, великий полководец, спаситель народа. Берешь и отдаешь половину власти какому-то херу из леса. У него даже армии нет. Только сборище обрыганов с берданками и красивым названием. Корпус Последнего Рубежа, охеренно, да?

– А ты умна, – сказал Топор. – Схера ли – очень правильный вопрос. Его задают многие. И есть мнение, что патриарх Хуша попросту околдовал. Эмпаты такое могут. Десять лет назад мы были советской республикой, теперь мы Евразийская Директория. Не советская и не республика. Церковь перестраивает наше общество под себя, уничтожая неугодных, и еще через десять лет здесь будет агрессивная теократия, которая понесет алексианство всему миру.

На штыках. И развяжет Пятую Мировую Войну, где наше поколение будет пушечным мясом.

Чертовски логично и попросту ужасно. Катя знала, что ей придется служить, ведь законы военного времени никто не отменял, а с физухой у нее все было прекрасно, несмотря на голодное детство. Она уже сейчас, в пятнадцать лет, проходила обязательную военную и идеологическую подготовку.

На первой было весело, а от второй ее тошнило. Мысль о том, чтобы умирать за тех, кто резал Веру, убил Горшка и месил ногами Хвостика, вызывала бесконечное омерзитение. Но Катя неплохо справлялась с эмоциями. Засунув отчаяние себе в задницу, она почти спокойным голосом спросила:

– Неужели ничего нельзя сделать?

– Можно и нужно бороться с системой, – ответил Топор. – Они узурпировали прессу, чтобы многие недовольные думали, что их мало, и тихо сидели дома. Но им не отключить сарафанное радио.

Надо распространять слухи и делать дела, которые будет видно. Это даст людям веру в то, что выбор есть. Кстати, где Вера?

– Я деру? – неожиданный переход смутил Катю.

– Вы всегда приходили сюда вместе.

– Ее теперь родители держат под колпаком, хрен куда выползешь. Они богатенькие, сам знаешь, с такими сложно.

– Очень жаль, – вздохнул Топор.

Он говорил складно, но все портила одна проблема. Жахнув очередную стопку, Катя набралась смелости, чтобы указать на нее:

– Слухи охеренная тема.

Дела тоже звучат красиво. Но у нас есть конкретная жопа. Хвостик, которого не хотят лечить. Что нам с этим делать?

– Для начала надо сказать им, что мы думаем. Так, чтобы это услышали. Если, конечно, ты не боишься.

Внезапно, Катю посетили сомнения. История с рисованием на церковной ограде начиналась примерно так же. Это была не первая такая история. Очень похоже, что тогда их услышали. И сделали свои выводы… Сомнения закончились с очередной стопкой.