Проблема сильного

Наша обязанность – поддерживать порядок.

Формально – на территории студгородка. На самом же деле, поскольку ппсников на каждую улицу не хватало, в милиции считали, что зона ответственности дружинников несколько шире. И проректор по безопасности Воробьев, артиллерист, капитан в отставке, был с этим согласен. Именно поэтому Шурик так не хотел принимать вроде бы почетную должность. Фактически, его снова запрягали служить государству с оружием в руках, а он после дембеля зарекся это делать. Назначение состоялось в добровольно-принудительном порядке.

– Допустим. И что, ты хочешь искать этих сявок по всему кварталу?

– Нет, я хочу, чтобы Алик отвел меня к той лавочке, они наверняка все еще там сидят.

– Они там сидят, – проронил Алик. – Ты не дослушала. Я должен добыть еще четыреста рублей и принести им пиво, а пока девочка осталась там.

– Дурак! – воскликнул Шурик. – С этого надо было начинать.

– «Даже не думай...» – передразнила Солька. – Насколько нужно было охренеть от безнаказанности? В стране, где у каждого дома ружье.

– У студентов нет ружей, – поправил Шурик. – Их нельзя хранить в общежитии.

– Но у тебя есть ключи от оружейки. Я готова идти и так, но, думаю, ты сам понимаешь.

Да, Шурик сам понимал. Девочку надо было вызволить из лап вооруженных бандитов, пистолет дает решающее преимущество и глупо его не использовать, когда на кону жизнь.

***

На вахте сидел Вася, плюя в потолок и читая газету.

– Далеко собираетесь? – спросил он.

– Обычный патруль, – соврала Солька.

Шурик присвистнул. Будь на месте Васи кто-то более озабоченный формальностями, это не прошло бы. Солька как готовила суп в домашнем сарафанчике, так и пошла наводить порядок. Только куртку накинула и, слава Богу, переобулась. Было слишком очевидно, что она не планирует отсутствовать долго.

Вася почесал бритый затылок:

– Лады, запишу. Только повязки не забудьте.

Да, Солька так заботилась о конспирации, что чуть не забыла про опознавательные знаки. Шурик вот не забыл.

Солька быстро снарядила револьвер, насвистывая какой-то тихий мотив. Шурик разобрал: «Пусть свет и радость прежних встреч нам светят в трудный час». Он, конечно же, знал продолжение, и, черт возьми, был с ним не согласен. Пока патроны занимали места в барабане, Шурик вспоминал вторую высадку под Караулом. Это не совсем правда, что в землю придется лечь только раз.