Проблема сильного

Солька медленно осваивала это искусство, но уже достигла определенных успехов и выглядела невероятно мило – не самая простая задача, если у тебя шрам на подбородке. Солька зачерпнула бульон ложкой, попробовала на вкус, резко поморщилась и повернулась к двери.

– Пересолила? – спросил Шурик.

– Идет кто-то сильно недовольный, – ответила Солька.

Она с детства была эмпатом, в послевоенной разрухе слишком поздно начала учиться контролировать свои способности и так и не отучилась от привычки постоянно сканировать все вокруг.

Шурика это раздражало, а вот преподавателю военной подготовки нравилось.

Вошел Алик, и вечер перестал быть томным. Он тяжело дышал и на его красном лице было написано именно то, что Шурик сейчас услышал, но в более ярких тонах. Все оттенки стыда, разочарования, неуверенности в себе. Страшно представить, что творилось в голове у Сольки, которая, считывая его чувства, переживала их как свои.

– Что случилось? – спросила она.

Алик рассказал, и история действительно была не из приятных.

Он гулял в парке с какой-то девочкой с факультета биологической магии, возвращался через дворы и чем-то не понравился ребятам с лавочки. Ребята сказали ему, что проход платный, и потребовали пятьсот рублей с человека. Для понимания: примерно так выглядела повышенная стипендия. Алик сказал, что они охренели. Ребята приставили ему к горлу нож.

– А как же секция бокса, куда ты уже почти год ходишь? – спросил Шурик.

– Знаешь, как-то не помогла.

– Ты же элементалист, – воскликнула Солька. – Раскалил бы нож, чтобы негодяй его выронил.

Вообще, ты уже был в такой ситуации.

– Маги не редкость, а их было трое, – затараторил Алик, – и я не захотел пробовать.

В принципе, это было разумно. Но, к сожалению, у студентов было всего шестьсот рублей на двоих. И поэтому просто так их не отпустили… Солька прервала рассказчика прежде, чем он поведал детали. В ее глазах горел недобрый огонь.

– Солнышко, – обратилась она к Шурику, – я ведь правильно помню, что Воробьев заставил тебя стать заместителем командира народной дружины.

Ты еще долго возмущался по этому поводу.

– Да.

– Отлично, значит у тебя есть ключи.

– Какие ключи?

– От оружейной, конечно же.

– Даже не думай, – Шурик схватился за голову.

Конечно, Шурик был возмущен тем, что друга обидели, но даже не в том беда, что махать после драки кулаками обычно уже поздно. А в том, что перспектива разводить стрельбу в двух шагах от студгородка сильно не радовала.

– А фигли? Мы с тобой дружинники.