Приговоренный к изгнанию

А вот сам дворец действительно производил сильное впечатление. Его спроектировал очень талантливый архитектор, а построили умелые мастера: изящные очертания балконов, висячих садов, арок и переходов создавали изысканную симфонию. Энергия кристаллов поддерживала дворец высоко над землей, а по периметру светового столпа несла службу личная стража императора, одетая, в отличие от городских стражников, в добротные латные доспехи.

— И как же попадают наверх? — поинтересовался Рик, но Парвус недовольно прицыкнул на него — и пришлось замолчать.

Один из рыцарей стражи подошел к Парвусу, и тот предъявил ему пригласительное письмо.

— Хорошо, я немедленно провожу господ героев печати во дворец, — сказал он, возвращая документ Парвусу.

— В смысле? — не понял тот. — А... я? Я же должен их проводить?..

— На вас тоже есть пригласительное письмо? — осведомился рыцарь.

— Нет, но...

— Тогда я сам все сделаю, не беспокойтесь об этом, — рыцарь поклонился Парвусу и жестом пригласил остальных следовать за ним.

Приблизившись к ослепительному сиянию, Рик, наконец, разглядел небольшой портал. Шагнув в него, все разом очутились в большой зале под сводами. Она была светлой от множества окон, а на стенах, отделанных складками темно-синего шелка, висели портреты.

— В первый раз во дворце? — с понимающей улыбкой спросил рыцарь, наблюдая, как у Селины от изумления лицо вытянулось, когда она краем глаза взглянула в окно.

— В первый, — отозвался Тано.

— Это Фамильный зал, — пояснил тот гостям. — Здесь находятся портреты всех предков его императорского величества от самого правления Алрика Проклятого.

Рик вздрогнул. Члены отряд переглянулись между собой.

— Вот как?.. А можно ли взглянуть на портрет... родоначальника? — спросил Рик.

— Да, конечно, — рыцарь подвел их к первому же портрету по правой стороне. — Это Эрсус Доблестный, он же — Эрсус Низвергатель...

Рик впился взглядом в немолодое осунувшееся лицо на картине — и кровь зашумела у него в ушах.

Двадцатипятилетнего мужчину непросто узнать в старике.