Кровь Достойных: Каонис

Опомнившись Мишка запоздало вскинул дубину, но удачный миг был упущен. Маленькая, почти детская пятерня мелькнула перед лицом. Свет факелов вырвал из ночной мглы длинные, жутко загнутые в разные стороны когти. Острая жгучая боль прокатилась по щеке, шее и правому плечу. Задохнувшись от неё, крестьянин шарахнулся в сторону, споткнулся и повалился в снег. В последний момент он ещё успел взмахнуть дубиной, но вместо карлика попал в товарища по несчастью.

Дубина крепко приложила Свистуна по ноге. Вскрикнув, мужик развернулся, проводив взглядом метнувшуюся к соседнему дому тень карлика с мерзкой гирляндой требухи за спиной, и опустил взгляд на истекающего кровью односельчанина, что трясущейся рукой пытался зажать рану на шеи.

– Бе-бе-бес-с-сы! – мямлил тот растирая ярко-алую жижу по грубой шерсти накидки. Дубина валялась рядом неприкаянная и абсолютно бесполезная.

– Тисфе, друг, тифе.

Свистун нагнулся над раненым. Наскоро осмотрев рану, понял, что дела его плохи. Мерзкая, юркая тварь умудрилась глубоко разорвать шею Мишки.

Кровь так и лилась наружу, как будто кто-то выдавливал её из тела бедняги.

– Дерзы крепте! Созми!

Схватив Мишку за руку, он прижал его ладонь к ране. Тот кажется понял и со всей силы вцепился в шею. Кровь как будто замедлилась. Увидев в этом шанс оглядеться, Свистун ужаснулся творящимся делам. Вдоль стены сражались уже не меньше двадцати человек, при чём многих он не узнавал, скорее всего бандиты. Тварей было ещё больше. Мерзкие карлики, непонятные ежи переростки, отдалённо напоминающие лисиц и одна совсем уж плохая дрянь, не то змея, не то червяк, но с такой кучей ног, что троилось в глазах.

В неверном свете факелов она прямо на глазах Свистуна раздирала грудь… кажется это был Тошка, совсем молодой парень, потерявший родителей во время предыдущего нападения бестий. Будь проклят Роман Вано! Не помня себя, Свистун оказался на полпути к вопящему парню. В руке он сжимал крепкую дубину Мишки, а в голове единственную мысль или скорее желание.

«Спасти паренька! Он не заслужил такого! Хватит с него!»

Когда до клубка синюшного хитина, десятков острых лап и кричащего Тошки осталась пара шагов, слева раздался резкий свист. Машинально повернув голову, Свистун заметил стрелу на излёте полёта, а в следующий миг яркая вспышка, будто взошедшее посреди ночи солнце ослепила его.

Сбившись с шага, Свистун затряс головой, моргая как в последний раз и пытаясь вернуть зрение слезящимся глазам.