Игрок

— Ослепительное солнце горит алым пламенем на обломках стен, за ними – покрытые лесом верхушки холмов в синей дымке. Двор пуст, ни гоблинов, ни людей. Тишина. Только птички поют.

Двор внутри крепости густо зарос травой. Обломки обрушившихся зубцов лежат у подножия стен, их обвивает вьюн. Над синими цветами–граммофонами размером с тарелку жужжат мохнатые пчёлы.

Вдыхаю полной грудью. После подземелья воздух кажется слаще мёда. Подставляю солнцу лицо. Век бы так стоял и дышал. Хорошо–то как.

—Никого, – мой спутник разочарованно опускает посох. Кажется, местные красоты его не трогают вовсе. – Где гоблины?

—За ночь пустили корни и превратились в куст. Вон, видишь, стоит – весь в бутонах?

—Не смешно, – Арнольд озирается по сторонам. Крадучись обходит двор по кругу. Выглядывает в пролом в стене.

—Эрнест!

За стеной, как на ладони, покатый склон холма, весь утыканный молодыми сосёнками. В густой зелёной траве алеют маки величиной с кулак. Жёлтые ромашки с чёрными сердцевинками плавно колышутся на ветру. Аромат от этого цветника такой, что пчёлы должны падать в обморок ещё на подлёте.

—Смотри. Вот они, – красавчик указал посохом.

То, что я принял за поваленный трухлявый ствол, имеет ноги и ушастую голову. Тёмный, вытянутый силуэт неподвижен, как может быть неподвижным только мертвец.

Подходим ближе. Этот гоблин уже никого не разделает на шашлыки.

Вблизи их оказалось пятеро – зеленокожих, лопоухих существ. Они веером лежат вокруг погасшего костра. Босые ноги с когтистыми пальцами уткнулись в кучку остывшей золы. Тощие тела вытянуты, длинные узловатые руки закинуты за головы, судорожно скрючены тонкие пальцы. Похоже, какой–то шутник выложил из мёртвых гоблинов лучи диковинной пятиконечной звезды.

Арнольд нагибается над телами, будто что–то вынюхивает.

—Странно, странно, – бормочет себе под нос. – От чего они умерли, Эрнест?

Подхожу ближе, смотрю. Не люблю я любоваться на покойников, но делать нечего.

Да, зрелище не для слабонервных. Бедняга ушастик умер неприятной смертью.

Посредине груди, там, где у любого существа должны быть рёбра, зияет дыра. Круглая такая дырка, можно два кулака просунуть.