Игрок

Дробный звук прокатывается по главной улице. Последним площадь покидает вождь. Он бегом спускается по ступеням, уверенно набирает скорость, догоняет свой отряд.

Застываю у дверей храма, как зачарованный, смотрю, как занимаются огнём черепитчатые крыши. Как ревёт, разгораясь, синее пламя. То самое, от которого не остаётся даже золы. Беги, Эрнест. Если промедлишь ещё немного, сгоришь живьём. Ты здесь уже никому не поможешь.

До хруста сжимаю зубы. Сбегаю по выглаженным множеством ног, широким ступенькам вниз.

Срываюсь с места, бегу по опустевшей улице вслед за уходящим отрядом, и трупы людей смотрят мне вслед пустым глазами.

Глава 41

—Священные деревья. Я вижу вас, – эльф прижимает ладони к груди, там, где сердце. – Я вижу вас.

Эйлиот, вождь диких эльфов, склоняет голову, и весь отряд делает то же самое.

Позади полнеба окрасилось в багрово–синие тона. Дымная туча, подсвеченная снизу остатками магического пожара, поднимается над огрызками каменных стен. Город, который мы покинули, перестал существовать. Осталась только круглая проплешина на земле, выеденная огнём.

***

Мы бегом миновали распахнутые настежь ворота, оставив пожарище позади. Хорошо утоптанная дорога уходила от города вниз, между полей и рощиц. Отсюда, с возвышения холма, было видно, как её серая лента ныряет в заросли молодых сосен, взбегает на полукружье горбатого моста, огибает развалины какого–то белокаменного дворца, и тает в туманной дымке.

Наш отряд, не сбавляя хода, спустился по склону. После нагромождения скалистых круч и скользких от влаги горных ущелий утоптанная дорога – просто детская забава. Мы в хорошем темпе пронеслись между виноградников, миновали редкий сосновый лесок, и достигли узкой речушки под горбатым мостом. Здесь мы немного сбавили скорость, и к мосту подошли бодрым шагом.

Кое–кто остановился набрать воды в походную фляжку, кто–то забрался в реку и стал шарить руками у берега. Я зашёл под мост – глубина там была едва по колено – и сорвал несколько больших, с хорошее блюдце, кувшинок. Пригодится. Парочка эльфов ниже по течению вылавливали пригоршнями из воды головастиков и со смехом бросали их в рот. Один ухватил за лапку лягушку, приложил с размаху головой о камень, и сунул в мешок. Наверно, зажарит у костра.