Геомант 4. Новые Боги

Если познать его, то легко можно предсказать следующий шаг. Прометей приходил сюда не просто так. Он опасается, что мое вмешательство может привести его к поражению. Будь он уверен в своей победе, то не посчитал бы нужным заручаться моим невмешательством. Это может означать только одно — в грядущей войне есть сила, с которой он вынужден считаться. Сила, способная если и не одолеть его, то дать достойный отпор.

Цербер, не выдержав экстаза, завалился на спину, обнажив черное брюхо.

— Я буду внимательно наблюдать за происходящим.

— А если он решится на отчаянный шаг? Что, если отправится к Тартару?

— Гекатонхейры по-прежнему стерегут бездну и всех, кто в ней заключен. Ему никогда не достанет сил одолеть Сторуких. Да и у хаоса есть предел. Прометей не может не понимать, что в этом случае его правлению, как и всему остальному, придет конец.

Харон поклонился и тяжелой шаркающей походкой направился обратно к Стиксу, у которого уже скопились новые души.

***

— Ну как, успешно? Он не станет нам мешать?

Прометей еще не успел выйти из портала, как подскочивший Арес уже засыпал его вопросами.

— Я бы не стал за это поручаться. Аид крайне редко разбрасывается словами. Видимо, это у него профессиональное. С мертвяками особо не поболтаешь.

Несколько секунд бог войны осмысливал услышанное, а затем осторожно поинтересовался:

— А мы не будем?

— Чего я там забыл? Командовать оравой давно сдохших людей? Даже из реки не напиться. Нет, я не спорю — силы в том месте хватает. Братец даже посчитал нужным ее продемонстрировать, козел. Да вот только ее использование неминуемо скажется на посмевшем ее прикоснуться. Пусть живет. Лишь бы на поверхность не лез.

Удовлетворенный ответами Арес отправился куда-то на нижние ярусы Золотого дворца. Там уже вовсю хозяйничали циклопы и воинственный сынок Зевса загорелся идеей выклянчить у одноглазых оружие, способное даровать решающий перевес в любой схватке.

Прометей сокрушенно покачал головой. Глупец! На все могучее тело одна извилина, и та вдоль задницы проходит. Мальчику невдомек, что не существует никакого совершенного оружия. Закалять нужно дух и ум.