Геомант 4. Новые Боги

Даже если бы я захотел дистанцироваться от вестей, то не смог бы.

— И... Как ты ко всему этому относишься?

— Прометей, ты знаешь меня очень давно и прекрасно помнишь, что я не терплю намеков и прочих завуалированных вопросов. Изволь разговаривать открыто. Ты здесь по одной простой причине — хочешь знать, намерен ли я выступить на стороне Олимпа. Так?

Титан кивнул и против воли задержал дыхание. Из трех братьев, Верховных богов, больше всего он опасался именно стоящего перед ним невзрачного подземного жителя. Он лишь пару раз, очень давно, видел Аида в бою, но этого вполне хватило, чтобы искренне его зауважать.

— Когда-то, давным-давно, мы разделили этот мир между собой. Я, Зевс и Посейдон. Мне выпало бремя править в Царстве мертвых. И я всегда достойно выполнял эту роль. Мне нет дела до того, что происходит на поверхности.

— И ты не собираешься мстить?

Брови Аида поползли было вверх, но он тут же справился с собой:

— Ты о той божественной крови, которую я до сих пор чувствую на твоих руках? Я не судья и не палач.

Руки Аида вспыхнули мертвенно-бледным сиянием, и было в этом показательном предупреждении столько мощи, что Прометей, вместо того, чтобы отражать атаку, приготовился открыть портал. Впрочем, Аид не собирался атаковать. Свечение померкло.

— Думаю, мы прекрасно друг друга поняли.

Титан согласно кивнул, развернулся и направился к реке. Однако на полпути остановился, обернулся и бросил:

— Передавай Зевсу, что я не мог иначе. Он сполна заплатил за свои поступки.

— Передам.

Спустя полчаса хмурый как осенняя туча Харон вернулся к своему господину, который безмятежно чесал своего чудовищного пса за ухом одной из голов. Цербер закатывал глаза и похрюкивал, словно дворовая псина, дорвавшаяся до ласки хозяина.

— Мы действительно оставим все как есть, Повелитель? Этот ублюдок потрясает основы мироздания! Эллада трещит по швам и скоро мертвых станет больше, чем живых!

— Тебе ли печалиться об этом, старый друг? Войны случались в мире и прежде.

— Позволю заметить, господин... Прометей — безумен. Я боюсь представить, к чему нас всех может привести его алчность, жажда мести и власти.

— Если ты считаешь, что безумие хаотично и непредсказуемо, то глубоко заблуждаешься. Хаос — лишь одна из форм порядка.