Узник чести

— Что случилось, Гаввер? Выглядишь отвратительно.

Это было правдой. Некогда идеальное лицо бритоголового человека побледнело, под глазами залегли мешки, а губы казались высохшими.

— Долгая история, — отмахнулся Гаввер. — Недооценил одного из местных колдунов.

Ледж сверкнул на него глазами.

— Это шутка? — грозно спросил он, продолжая хмурить брови.

— Вовсе нет, — без тени улыбки ответил собеседник, пытаясь держаться ровно. — Я ведь говорил, что местные гораздо интереснее, чем ты себе это представлял.

— Это уже не имеет значения.

Ты ведь знаешь, зачем я тебя позвал?

— Догадался, — кивнул Гаввер на кинжал в руках Леджа. — А где остальные?

— Скоро прибудут. Я позвал их всех.

— Что же это такое, — смутился сероглазый мужчина, привычным жестом проведя ладонью по бритой голове. — Получается, все? Мы это сделали?

— Я это сделал, — с нажимом на первое слово ответил Ледж. — Но нет, друг, не все. Это, — указал он на кинжал, — лишь первый крохотный шажок, первая ступень в исполнении приказа.

Мы закончили поиски, но даже не начали войну.

— И как тебе это удалось? — без особого интереса спросил Гаввер, сложив руки на груди.

— Какой-то паренек прибыл на юг из Королевства и вырвал Намтор из оков, которые не давали его обнаружить, — злобно усмехнулся Ледж. — Дальше мне оставалось лишь выследить сопляка и забрать кинжал. К счастью, он пустил его в ход, и я тут же оказался рядом.

— Ты убил его?

— Нет. Когда я нашел парня, у него явно были проблемы. Пришлось припугнуть окруживших его тенсерцев, но жизнь я ему сохранил — в отличие от тебя, мне не доставляет удовольствия тратить свое время на дурацкие игры с местными.

К тому же Намтор относился к нему, как к равному — даже затянул смертельные раны юнца, а такое нечасто увидишь. Забавно, не правда ли?

— И верно. Каким будет наш следующий шаг? — спросил Гаввер, невольно залюбовавшись изысканной гравировкой на клинке.

— Теперь мы начнем разбирать его вселенную камень за камнем, проникать все глубже в слои реальности, пока не доберемся до него, — мрачная улыбка Леджа могла бы довести до сердечного приступа любого, кто сейчас взглянул бы на него.

— И запомни, Гаввер, никакой жалости. Он совершил самое непростительное преступление из всех возможных, и он не заслуживает жизни.

— Я понимаю, — угрюмо кивнул бритоголовый. — Мы очень пострадали из-за него, но все-таки… — мужчина глубоко вздохнул. — В чем-то он был прав.

— Нет, — холодно отрезал Ледж, покачав головой.