Узник чести

— Мне не нравится это слово, Ран! Со мной и так слишком долго обращались как с вещью, а теперь еще и ты задаешь такие вопросы!

— Извини, я не хотел тебя оскорбить, — покраснел Рандал под упрекающим взглядом любимой.

— Ничего, — чуть тише сказала она. — Да, я около недели прожила в доме Лейса, но сразу после аукциона в Шар'Танге он укатил в столицу. До сегодняшнего дня я безвылазно сидела в маленькой комнатенке, куда иногда приносили что-то похожее на еду. Выходить мне было дозволено лишь дважды в день, и то ненадолго.

Но если тебя это интересует, с хозяином я не провела ни единой ночи. Не успела.

Повисло неловкое молчание. Риоэль прилегла на мягкое сидение кареты и вскоре крепко уснула, прервав разговор. Угрюмый Рандал слышал ее спокойное сопение, и вскоре сам начал клониться ко сну. Минувший день выдался тяжелым, а напряженная перепалка с Кутруном Лейсом окончательно лишила его сил. Как бы то ни было, юному лорду ни в коем случае нельзя было останавливаться — он обязан был как можно скорее привезти Риоэль в порт Шар'Танга и уплыть, пока ни Акиль ибн Ганим, ни Кутрун Лейс не отыскали беглецов.

Да, меньше чем за неделю в Каганате Рандал успел нажить себе очень опасных врагов.

Карета рассекала тьму как вокруг, так и в сердце Рандала, будто умелый лекарь, который избавляет пациента от болезни. Душа юного Вайрмена ликовала, когда он, наконец, позволил себе поверить в чудесное спасение. Тенсерская степь окружала одинокую повозку со всех сторон, и Рандал, дыша полной грудью, всей кожей чувствовал неограниченный простор мира перед собой, и тысячи путей, по которым он волен идти.

Пьянящий свежий воздух свободы от тяжелого долга, что не давал ему спокойствия со времен битвы за Туринстайн, развеселил утомленный ум юноши. Ран скакал вперед, навстречу своему счастью вместе с Риоэль, и только убаюкивающее журчание реки звучало в голове молодого человека.

Впрочем, монотонная дорога быстро укачала Рандала, и парень с трудом боролся с лезущими в сознание мыслями, что неумолимо стремились затянуть его в пучину сна. Юноша щипал себя за руки, привставал на козлах, чтобы отвлечься, и всячески избегал долгого сидения в одном положении. Усталость заполняла тело лорда Вайрмена, как растекающийся по жилам яд, и с каждым пройденным километром ему было все сложнее не свалиться с места извозчика.