Узник чести

Темная туча уже растянулась на весь обозримый горизонт и продолжала расти, пытаясь сравниться в размере со скалой Тур. Ветер крепчал — он сбрасывал с людей накинутые на головы капюшоны и шарфы. — Никогда не пробовал, но в теории…

— Нам нужно на практике, Рандал! — Брон рубанул ладонью воздух. — Сможешь?

— Я попробую отклонять потоки песка… какое-то время. Боюсь, что очень недолгое. После ночной битвы у меня осталось не так много сил.

— Ясно. Всю бурю не продержишься? — Мортенс уже отчаянно крутил головой, ища другие варианты.

— Нет, точно нет. — Рандал опустил голову и посмотрел в сторону проклятого города. Вдруг он увидел, как усилившийся ветер унес довольно толстый пласт песка со склона огромной дюны в нескольких минутах ходьбы от места остановки отряда. В ней замаячило небольшое черное отверстие размером с человеческую голову. Песок продолжал осыпаться с боков непонятного прохода, обнажая его черный зев. — Брон, смотри! — Рандал запрыгал от возбуждения, тыча пальцем в сторону дюны.

Брон и наемники повернулись в указанную сторону. Ветер дул все сильнее, а вход в пещеру продолжал расширяться. С такого расстояния нельзя было определить размеры открывшейся в скале каверны, но за неимением лучшего выхода стоило воспользоваться хотя бы этим.

— Отряд! Бегом марш! — заорал Мортенс и первым ринулся со склона в сторону высившейся не так далеко дюны. Все остальные сразу же присоединились к нему, побежав к своему спасению наперегонки с дыханием пустыни.

Тугие потоки ветра как бичи хлестали в спину отставшему Рандалу — как выяснилось, в бою он слегка потянул мышцу на правой ноге, и сейчас Вайрмен с трудом сдерживался, чтобы не завопить от боли и не упасть в песок, подписав при этом свой смертный приговор.

Не веря в то, что и правда сделает это, парень последним взобрался на невысокий склон и нырнул в спасительную черноту. Пролетев пару метров, Рандал больно стукнулся спиной о невидимый в темноте пол.

После ярко светившего солнца юноша почувствовал себя слепым — мрак перед глазами казался практически осязаемым, будто можно было раздвинуть его руками.

Постепенно глаза стали привыкать к скудному освещению, и взору парня открылись потрескавшиеся своды надежно прикрытой песком скалы. С потолка пещеры свисали своеобразные каменные «сосульки».