Узник чести

Коприн, а что насчет Риоэль? Как думаешь, она в порядке?

— Уверен, с ней обращаются более чем деликатно — работорговцам нельзя портить товар, если они не хотят, чтобы он упал в цене.

— Я должен спасти ее! — с жаром повторил Ран слова, сказанные своему отцу.

— Эх, братишка… — Коприн откинул голову и закрыл глаза. — Понятия не имею, как это сделать. Каганат — огромнейшая страна, куда больше нашего Королевства. Где теперь Рия — одному Тайрольду известно. А если еще и рассчитывать атаку на Туринстайн как объявление войны, то спокойно тебе там разгуливать никто не даст.

— Должен быть способ. — Рандал нахмурил брови, задумавшись о решении непростой задачки по спасению возлюбленной. Вдруг мысли его сменили направление, и перед лицом застыло лицо Дорти с древком стрелы, торчащим из глаза. — О Боже, Дорти!

Голос парня дрогнул, и к глазам вновь подступили слезы.

— Да, жаль беднягу. Он был отличным другом, но война есть война, — твердо сказал Коприн, и в голосе его прозвенел металл.

— К сожалению, не нам решать, когда смерть тебя найдет. Единственный выбор, который мы можем сделать, это как ее встретить. Дорти погиб героем. Я уверен, что Луна приняла его со всеми почестями и уже поместила на небосвод в виде одной из самых ярких звезд. Мы еще не раз встретимся с нашим добрым другом, Рандал. Стоит лишь поднять глаза к ночным небесам.

— Как ты можешь так спокойно говорить об этом? — удивился Рандал, которого снедала невыносимая тоска.

— Время лечит. — Коприн тяжело вздохнул. — Не подумай, что я не скорбел о нем, Ран. Вот уже три дня я борюсь с этим горем в одиночку. Впрочем, в армии я стал гораздо проще относиться к смерти. Можно сказать, что я с ней свыкся.

— Ясно.

Друзья посидели какое-то время в тишине. За окном хлопьями падал снег, заметая следы недавнего побоища. Рандал поднялся с кровати, шикнув от боли, и подошел к окну, чтобы рассмотреть город получше. Сквозь покрытое изморозью стекло парень смог различить далекие фигурки людей, которые с высоты скалы Тур выглядели как муравьи, копошащиеся в своем муравейнике.

Прошло уже три дня после набега, а жители Туринстайна до сих пор разгребали завалы, уносили тела павших и восстанавливали свои жилища.

Восточному берегу реки Ронч повезло куда больше — построенный из камня богатый район мог хоть как-то противостоять пожарам, поэтому многие здания и особняки зажиточных горожан уцелели.