Турнир

Он выбрался из тени, прошёл к дому арбитра и постучал в дверь.

– Кто там припёрся? – прорычал кто-то изнутри.

Послышался свист выходящего из ножен клинка и страшный топот. Годвин даже удивился, когда перед ним предстал дряхленький старичок.

– А, сир Годвин, это вы! – выдохнул арбитр, опустив меч. – Какого демона вы пришли так поздно?! Я вообще-то спать собирался!

– Прошу прощения, арбитр.

– Прошу прощения… Идите в бездну со своим прощением!.. Подождите минутку.

Он захлопнул дверь и удалился. Послышалась возня, грохот, ругательства и точно через минуту арбитр появился перед Годвином со списком.

– Итак, – начал арбитр. – В четвёртый раунд перешли: сир Арвин, сир Годвин, то есть вы, Раулф Беззубый и Улар Одноглазый.

«Проклятье».

– Согласно жребию, вы бьётесь с Раулфом. Желаю прикончить подонка, а также требую, чтобы вы немедленно убрались отсюда и больше не возвращались!

Годвин нахмурился.

– С Раулфом? Вы уверены?

– Абсолютно уверен! Проваливайте или я позову стражу!

– Тогда с кем бьётся Арвин? Неужели…

– С Одноглазым!

Такими, как он, пугали в детстве.

Глубокий бледный шрам ровной линией рассекал его грязноватое исхудалое лицо, начиная от бельма и заканчивая дырой на месте верхней губы. Один из гнилых треугольных зубов виднелся оттуда, делая и без того омерзительную ухмылку воистину демонической и наводящей ужас. Серый глаз, выглядывавший из-под длинных пепельных волос, дополнял картину.

«Подумать только, даже я боюсь сойтись в поединке с этим страшилой.

Он огляделся в поисках Арвина. Брат находился у выхода на ристалище и надевал кожаный доспех, готовясь к бою. Годвин поспешил к нему, протискиваясь через не усевшихся зрителей.

– Будь осторожен, – буркнул он. – Это серьёзный соперник.

– Ты уже говорил, – Арвин обернулся. – И я видел его бои.

– У тебя есть план?

– А тебе-то какое дело? – ухмыльнулся он. –Насколько я помню ты настроен прикончить меня в случае дуэли.

«И правда. Какого демона я вообще переживаю? Помрёт да помрёт, мне же проще».

Арвин и Одноглазый спустились с трибун, и Годвин вернулся на место. Арена застыла в ожидании боя. Каждый зритель, сидевший на узких лавочках, каждый страж, стоявший у частокола над ристалищем, точно у бортиков, король с королевой и даже ветер – всё замерло.

Арбитр махнул рукой.