Все грани Хаоса. Наследница Ордена

– Бог помог. Интересно.

– Что?

– На острове Розы ты провела десять лет.

– Так и есть.

– И когда пришло время вернуться и стать полноправной наследницей, ты почувствовала, что отец держит тебя на расстоянии от дел Ордена. Что ж, Роин всегда был себе на уме, а теперь и подавно. И ты хочешь узнать, с чего так? – Она внимательно вгляделась в меня, но вдруг ее глаза широко распахнулись. – Да нет, ты пришла совсем не за этим.

Дарен сидел тихо, следя за происходящим, и грел руки о чашку чая, но не сделал и глотка.

Кошачий воинственный крик во дворе заставил старушку сорваться с места и выбежать во двор.

– Настоящий допрос устроила, – выдохнул Дарен, который, казалось, до этого и вовсе не дышал.

– Это ничего, – поднялась я со стула и прошла к каминной полке. На групповом снимке в медной рамке была изображена супружеская чета и два их маленьких сына. Мужчина выглядел статно, с худым лицом и усами, женщина на его фоне смотрелась полнокровной, со светлыми кудрями и улыбающимися глазами, в строгом платье с белой камеей у горла.

Один из сыновей удивительно походил на мать, мягкой улыбкой, копной светлых волос, приятным овалом лица и голубыми глазами. Лицо другого мальчика было выжжено, словно бы кто предал его огню. Можно было разглядеть только хрупкую фигурку в синем костюмчике, таком же, как и у брата.

Я поставила обратно фотографию… воспоминание о прошлом.

– Каким был Арен?

– Уже не помню, давно это было, – легкомысленно отозвался охотник, но его голос выдал напряжение.

Ему до сих пор сложно говорить о брате. Не может его простить?

В дом с шумом ворвалась старушка.

– Мои проказники расхорохорились, потрошка не поделили. – Она почувствовала, что атмосфера изменилась, заметила, что рамка немного сдвинута, и всё поняла. – Об Арене спрашивала. Уж сколько я говорю этому остолопу, оставь в покое брата, он сам найдет свою дорогу в жизни, но нет – уперся. А что Арен… захотел и ушел. Ведь человека без его желания не остановишь.

И не воротишь. Да что толку об этом говорить.

Дарен молчал не шелохнувшись, и только костяшки на его руках побелели.

– Значит, Арен жив? – спросила я больше для Дарена.

– Жив, что ему сделается!

– А откуда вы знаете?

– А то ты не знаешь, откуда?! – Старушка взглянула на меня. – И правда не знаешь. Чего же ты пришла? Я думала, погадать…

– А вы умеете?

Старушка самодовольно усмехнулась.

– Идем. Я как раз для подобного случая кое-что припасла.