Первородный. Цена магии

Но вскоре она стала более-менее прозрачной, а вот температура её не изменилась. Пришлось мыться под холодной, щиплющей кожу почище крутого кипятка.

Впрочем, я мужественно вытерпел это издевательство и попутно с облегчением подметил, что на моём теле нет фурункулов, подобных тем, что гнойными буграми росли на коже «грязного мага» Геннадия. Правда, данный факт совсем не гарантировал того, что во мне нет палёной «синьки».

— Печально, — удручённо вздохнул я и покинул душевую комнатку.

Владимира на кухне уже не оказалось, а вот пустая бутылка красовалась на столе.

Сам же братец обнаружился на кровати. Он даже не разделся. Завалился в одежде, да так и заснул. Причём крепко заснул. Ему даже не мешала горящая в комнате лампочка, чей тусклый свет дотягивался до небольшой медной таблички, приклепанной к телефонному аппарату. Буквы на табличке уверяли всех, что это изделие вышло из мастерской Яблокова, и называлось оно «Звук 15».

— Может, телефонировать Маргарите? — вспомнил я красавицу из ресторации.

— Нет, поздно уже. Завтра наберу её. Да и спать охота.

Выключив свет, я разделся, улёгся на скрипнувшую софу и укрылся покрывалом.

Исстрадавшееся за день тело уснуло практически мгновенно. И мне приснился удивительно яркий сон…

Меня будто бы угораздило очутиться в напрочь затянутом едким дымом помещение, охваченном огнём. Пламя бушевало так, что аж завывало, словно стая демонов, дерущихся с кошками. А я бежал куда-то наугад, слыша, как от жара трещат волосы на голове. Дышать становилось всё тяжелее и тяжелее.

Сердце оглушительно бухало в груди, а раскаленный воздух обжигал губы.

Внезапно передо мной прямо из огня вынырнуло бледное, костистое лицо с тяжёлым взглядом, насупленными бровями, орлиным носом и чёрной бородой с проседью. Рот неизвестного раскрылся, и из него полилась целая река пламени. Она накрыла меня и заставила в страхе проснуться.

Прерывисто дыша, я резко раскрыл веки и рефлекторно приподнялся с мокрой от пота софы.

— Ну и ну, приснится же такое, — хрипло выдавил я из пересохшего горла и тотчас понял, чем был вызван мой удивительно живой сон.

В комнатушке царила ужасная духота. Да ещё и пахло перегаром. Хоть топор вешай. Неудивительно, что мне приснился пожар. Даже вон Владимир из-за жары умудрился прямо во сне стянуть с себя рубаху.

Пришлось встать и открыть форточку. В комнату проник живительный свежий воздух. Он прогнал духоту и помог мне уже без всяких проблем проспать до самого утра.