Книга 8. Пожиратель Драконов. Часть 2

Максимум через несколько часов он вернётся в свою истинную форму и в ней и останется, лишившись всей своей магии и став просто довольно прочными кусками неведомого материала, когда-то бывшего волчьей шкурой.

Сказать, что это было обидно – значит ничего не сказать. Я, конечно, планировал в ближайшем будущем найти для себя более подходящую по уровню броню, но избавляться от волчьего доспеха не собирался ни в коем случае.

Всё-таки это был предмет, защищавший меня на протяжение уже почти двух лет от самых разных угроз, прошедший со мной через тысячи боёв, что-то, что в каком-то смысле было даже ближе Эллисы или Рахиры.

И вот, волчий доспех, если так можно было выразиться, умирал. По сути, из-за моей самонадеянности.

М-да. Давно мне не было так тошно. Чувство было такое, будто я боевого товарища предал. И в каком-то смысле так и было.

Тем не менее, я всё-таки не был настолько сентиментальным, чтобы на полном серьёзе горевать по сломавшемуся доспеху. Так что, организовав для самого себя условную минуту молчания, я решил, что лучшим выбором в данном случае будет позволить волчьему доспеху стать частью моего тела уже навечно.

Вернувшись в истинный облик, я снял её и за несколько минут сожрал, чувствуя, как немного укрепляется и твердеет моя собственная шкура от поглощения столь полезной биодобавки. Теперь в человеческом облике, правда, я остался бы голым, но это меня не слишком заботило.

А когда с траурным застольем было покончено, пришла пора триумфального пира. Всё-таки я был бы не я, если бы не поимел из этой ситуации с драконом что-то полезное.

В ту секунду, когда в пасти чудовища прогремел взрыв, из его сравнительно мягкого и нежного нёба во все стороны брызнули капельки крови. Какие-то из них почти сразу же сгорели в пламени, какие-то отлетели прочь слишком быстро, чтобы я, едва соображавший от боли, внутренних повреждений и контузии, смог за ними уследить.

Но десять или одиннадцать капель мне всё-таки удалось подхватить приказом фиксации. И “каплями” они были только в масштабах тела трёхкилометрового титана.

Каждая из них была размером с мою голову, и речь шла про голову истинной формы. А когда я объединил их всех в одну огромную каплю, общий объём содержащейся в ней крови составил точно не меньше тридцати тысяч литров.

При этом она была не только очень тяжёлой, минимум втрое плотнее обычной, но и невероятно густой, как мёд или дёготь. А концентрация жизненной энергии в ней превышала все разумные пределы.

Церемониться я не собирался.