История бастарда. Имперский ястреб

Делать было нечего, как говорится, семь бед — один ответ. Я перешагнул порог и очутился лицом к лицу с радушно улыбающимся мужчиной в белоснежной мантии. 

— Вот ты какой, спаситель его величества! — воскликнул тот, широко раскинув руки, словно собираясь меня обнять и прижать к груди. 

Я невольно отшатнулся, чем, кажется, весьма развеселилсобеседника, и тут только сообразил: меня назвали спасителем императора. На душе полегчало: значит, контрабанда тут была не причем. Между тем человек в белой мантии представился: 

— Вериллий Фламиер, Верховный маг империи.

— Ваше высокомагичество! — придушенно воскликнул я, собираясь рухнуть на колени перед вторым лицом государства. А может, первым. Это как посмотреть. 

— Нет-нет, Рик, — придержал меня глава Совета и протянул руку для пожатия. 

Луг великий! Видно, что-то сдвинулось и перепуталось в книге моей судьбы, раз я, безродный бастард, в императорском дворце, пожимал руку самому Верховному магу! А он действительно был такой, каким его описывали в балладах и изображали на портретах: широкое  лицо, совсем не похожее на надменные физиономии аристократов, серо-голубые проницательные глаза, курносый нос, обильно тронутые сединой густые соломенные волосы и открытая, веселая улыбка.

— Пошли, пошли, посмотришь, как живут августейшие особы, — шутливо проговорил он, дружески хлопая меня по плечу и подталкивая вперед.

Наконец я сумел немного справиться с волнением и осмотрелся по сторонам. Большой тронный зал полностью оправдывал свое название. С потолка спускалось на толстых золотых цепях множество люстр, в каждой из которых стояло не меньше сотни вечных свечей. Их сияние отражалось от стен, затянутых серебристым шелком, отчего зал казался  воздушным. По периметру ровным строем стояли беломраморные резные колонны,  мозаика на полу  изображала ночное небо Аматы.

Посреди зала на возвышении стоял императорский трон из черного дерева,  к нему вела красная ковровая дорожка, затканная золотыми нитями. По обе стороны от нее толпились нарядные господа и дамы, тихо перебрасываясь между собой короткими фразами. Вериллий подвел меня к ним, и провозгласил:

— Спаситель, господа! 

Все взгляды обратились в мою сторону — впору было провалиться сквозь красивый пол, а Верховный начал представлять присутствующих.