Превосходство. Второй закон.

– продолжил Шереметьев, специально назвав титул парня. – Многие из нас уже бывали на подобных собраниях и знают, чем они обычно заканчиваются. Однако, то было в смутное, но мирное время. Сейчас ситуация иная. Предлагаю обсудить альянс Родов. Со своей стороны, я готов выделить треть Гвардии с лучшим снаряжением, но в связи со случившимся здесь небольшим конфликтом, отдавать командование представителям Старших Родов я не намерен.

— Что вы предлагаете, граф? – спросил Император.

Ответа правитель не услышал. Все собравшиеся обратили внимание на зазвонивший телефон.

— Советую ответить. – посоветовал советник.

— Ты знаешь кто это? – спросил Император.

— Предполагаю. – последовал уклончивый ответ. – И переведи на громкую связь. Нам нужно укреплять доверие с гостями.

— Слушаю. – сказал Император, последовавший совету друга.

— Эй, Император, кажется, тебе нужна помощь? – сказал спокойный голос.

— С кем я говорю?

— Меня зовут Корвин Кромвель и у меня есть к тебе предложение.

— Корвин! – вопреки всем правилам вмешался в разговор Коробейников. – Это Денис Коробейников. Рад тебя слышать.

«Иногда самым верным шагом бывает шаг назад» - подумал Император, передавая переговоры в руки советника, уже знакомого с человеком, чей номер не определился.

— У вас проблемы с берсерком около Казани. Вы уже потеряли больше 2 тысяч солдат, но успеха не добились. Я могу убить его и помочь с остальными вторжениями, но взамен все заключенные 7 этажа Каменного Гроба получают полную амнистию и восстановление в званиях. Также, транспорт и договоренность о свободном пересечении границ для моего отряда.

— Не слишком ли ты многого хочешь Кромвель? – вмешался в разговор Белов. – Может тебе еще и титул князя пожаловать?

— Титул можешь оставить себе, Белов.

— Наглый и молодой. Мне нравится. – высказалась Громова. – А где гарантии, что ты справишься?

— Во-первых, договор будет считаться заключенным после устранения берсерка. Во-вторых, Архонты ведь считаются сильными? Тогда смотрите.

Появилась голограмма, созданная личным телефоном Императора без его участия. Человеческая голова, с которой еще стекала кровь.

— Его звали… - начал говорить Кромвель, но Громова его прервала.

— Эйсмант. Я его знаю.