Аристократ по праву сильного

Но надевать такое на линии фронта – сделать себя удобной мишенью для всех. Сменной одежды другого цвета не было, поэтому я натянул на себя старую форму.

Оценивающий взгляд лысого мне не понравился. Судя по одежде, он хоть и приближенный, но всё же слуга. И судя по всему, самомнение у него очень высокое. Вот и смотрит на меня как на кусок грязи. Выискивает небось слабые стороны чтобы под себя подмять. Знаю я таких субчиков. Их и в деревне хватает, и в армии. Вот только я ни под кого еще не подстраивался. Может, я и не самый удобный солдат и не самый покорный, но дело своё знаю.

— А это что, слуга? — спросил у Саламандрова, кивнув на лысого.

Камиля тут же перекосило. Надменная улыбка сползла с лица, а в глазах полыхнул недобрый огонёк. Ну ничего, пускай пыжится сколько хочет. И не таких обламывали.

— Это мой камердинер, — пояснил Саламандров, — он меня с колыбели растил.

— Ясно, — невозмутимо пожал я плечами, и уселся за стол. Манерам нас обучали, хоть я и не знаю зачем, но показывать это Саламандрову нельзя.

Он ведь понимает, что я деревенский. Показывать хорошие манеры не стоит, чтобы не вызывать лишних подозрений. — Так а чего вы не едите? — спросил я, схватив рукой здоровенный кусок мяса.

Не дожидаясь ответа, впился зубами в молочного поросенка. Да уж, давно я не ел нормальной горячей пищи. А о таком мясе и мечтать не смел. Поросёнок был таким мягким, что таял во рту.

— Не стесняйся нас, мы уже поели, — с чуть покровительственной улыбкой заметил аристократ.

У него в руках я только сейчас заметил кубок с вином.

— Мы как раз говорили с Камилем, что артефакт барахлит, но все же довольно уверенно показывает на юго-запад.

Я согласно хмыкнул и откусил приличный кусок мяса. Это что-то невероятное. Судьба храни этого повара. На тарелке лежали маленькие картофелины, запеченные с большим количеством масла и какой-то травой. Никогда не думал, что простая картошка может быть такой вкусной.

Я незаметно вытер пальцы о скатерть и отломил у здоровенной птицы ножку.

Только было откусил кусок, как застыл на месте, едва не выронив.

За спиной аристократа стояла моя лисичка. Она спряталась среди густых зарослей каких-то декоративных растений, которыми были отгорожены комнаты в шатре. С одной стороны, я давно заметил её особенность. Если она не хотела, посторонние не могли её видеть. Но то простые люди, или, как я, модифицированные. А сможет ли её увидеть аристократ?

Я хмуро посмотрел на рыжую — ноль реакции. Лишь приподняла нос, будто принюхиваясь к чему-то.