Гротенберг. Песнь старого города

Спасительный круг сознания, чтобы психика не треснула по швам. Часть его холодно оценивала ситуацию, другая — кричала. От боли, мук, и беспомощности. Словно самолично вбивая себе ножи в тело.

Кажется, на их поверхности растений была какая-то кислота, но он просто стоял в оцепенении, и почувствовал, как его дернули назад. Почувствовал, как пространство вокруг искажается, готовясь к прыжку.

Ее губы разомкнулись, и она прошептала: «ты обещал… обещал, обещал…» — слово словно эхо раздавалось в его голове, и само создание его повторяло, невольно воспроизводя последний день, когда они сидели на кровати, и он пообещал ей, что заберёт из Гротенберга, покажет мир за стенами старого форпоста.

В этот миг все сместилось. Растения вокруг не собирались отпускать свою добычу так быстро, но юнец, впившийся в шиворот, отсек помеху, и снова переместился.

— Ты на кой черт вообще встал там?! — Обрушился на него Асари, выпустив из хватки. Он пережимал другой рукой рану, которая уже потихоньку зарастала. — Это была ловушка? Ты специально привёл меня сюда?

— Нет.

— Проговорил парень. Он не понял, был ли это ответ на вопрос, или ответ на собственные мысли.

Сегель безвольно упал на мостовую, и смотрел в пространство дома. Наверное, он мог что-то сделать, правда? Вернуться, поговорить, вразумить. Достучаться до сестры. Она же узнала его. Узнала! Может, как-то помочь ей. Мог? Правда же, мог? На мгновение он потянулся в сторону дома.

— Эта же тварь тебя убьёт. — Асари встал на его пути.

— Нет, она же меня узнала.

— Упрямо проговорил Сегель, проползя к двери дома ещё немного. Он всё ещё слышал звук шкатулки. Может быть, она звучала в его голове. — Наверное, есть способы, есть какие-то слова, которые можно подобрать... — он слышал тихое шипение кислоты на поверхности доспеха.

Асари присел на корточки и протянул руку.

— Они... просто оставляют часть сознания. Так они днём могут вернуть себе личность. Но ночью — это просто твари, и смерть для них намного милосерднее, чем вот такое... существование.

— Теперь он глянул в сторону дома, и задумчиво заметил. — Твой кинжал же с собой, мы просто можем...

Мужчина неровно поднялся. Кожа в местах, где ее коснулись растения, горела огнем, но боль его к удивлению отрезвила, как ведро ледяной воды.

— Я не собираюсь этого делать, Асари. Мы найдём другой способ. — Сегель всмотрелся в пространство дома. Туда, где видно было шевеление.

Да, идти туда будет самоубийством. Или убийством, если до того дело дойдёт.