Возгарка II

Мой взгляд скользнул в её декольте: меж спелых грудей поблёскивал аргирис — серебрушка от ментального воздействия. Мои пальцы сжались на кулоне и сорвали его с женской шейки. Ирма в ужасе попятилась, непроизвольно глядя в мои наливающиеся тьмой глаза. Ещё одно преимущество вампирского бессмертия: мне нет надобности тратиться на дополнительные ухищрения, чтобы проникнуть в чужой разум.

Я подправил шокирующие воспоминания, мягко взял женщину за плечи и усадил на софу.

— Закрой глаза, молчи и ничего не запоминай.

Ворон опустился на грудь мёртвого хозяина. На миг я восхитился этой картиной: разметавшиеся белоснежные волосы и такая же птица. В смерти есть своя прелесть, поверьте мне как покойнику со стажем.

Опустившись рядом с телом брата, я принялся за работу.

Мой визит не отпечатался в памяти ни одного обитателя замка. Известие о смерти Герберта пришло в тот же день, и я изобразил подобающую печаль, а после похорон в семейном склепе, забрал Ирму и Рихарда в Нахтрамштейн. Через два года я женился на вдове брата и усыновил племянника.

Толкнувший меня на братоубийство Сигизмунд стал моей мишенью. Впрочем, я и прежде совсем не возражал получить корону.

К тому времени император давно уже не имел власти надо мной. Я всячески проявлял преданность его королевскому величеству и подставлял других видных отпрысков Сигизмунда. Я демонстрировал их коррумпированность и предательство, подстраивал удобные смерти, заставлял грызться между собой, не доверять повелителю и даже собственной тени.

В конечном итоге, Сигизмунд собственноручно подорвал основы своей монаршей власти, обезглавив почти все кровные линии, проистекавшие от него. С наступившим в государстве расколом, я остался одним из немногих преданных ему отпрысков — как он полагал. Пользуясь полученным доверием, я вступил в сговор с Фредегаром и Альбрехтом. Втроём мы нанесли Сигизмунду окончательное поражение, но пал император от моей руки.

Теперь его клыкастый череп украшает столешницу в моём кабинете.

К сожалению, сохранить целостность Альхарды и её ведущую роль в Священной империи не удалось. Почти век мы живём без императора, но я это обязательно исправлю.

— Кажется, сообщение пришло, — голосок Агнесс вывел меня из размышлений, заставляя вернуться в «здесь» и «сейчас». Девушка прихорашивалась, глядя в маленькое зеркальце и поправляя бархотку с камеей на шейке.