Аристократы улиц

Понятное дело, охрана хочет поверить, не чудовище ли я в человеческом обличьи.

Уровней защиты здесь, конечно, достаточно. По идее, нечисть даже подойти бы не смогла к куполу и рунным воротам. Но, как говорится, лучше перебдеть, чем недобдеть.

Я положил ладонь на ворота, а из смотровой щели высунулся ствол автомата. Негромко щёлкнул предохранитель.

— Обязательно в лицо тыкать? — поинтересовался я.

— Обязательно, — буркнул невидимый ратник.

— Как тебя зовут, служивый?

— Тебе знать не положено.

— Мне такое положено, что ты никогда в жизни не увидишь.

— Ещё держи, — похоже, уже чисто из вредности велел ратник.

— Да пропускай ты его! Начальство с утра ещё сказало, что посыльный приедет, — раздался из тоннеля другой голос.

Ратник молча захлопнул смотровую щель. Лязгнули замки, негромко скрипнули петли, и створки ворот распахнулись.

Четверо ратников за ними стояли в боевых позициях с активированными амулетами и целились за мою спину.

— Быстрее заходи! — приказали они.

Я поспешил войти, ведя лошадь под уздцы.

— За тоннелем сразу направо. Бревенчатое здание с флагом — контора управляющего, увидишь, — сказал один из ратников, вешая автомат на плечо.

— Хорошо. Спасибо.

— Эй, погоди! — воскликнул другой солдат, когда я уже двинулся с места. — Что это у тебя на лошади?

— Леший, — бросил я через плечо.

— Ты что, лешего завалил?!

— Как видишь, — безразлично ответил я и ускорил шаг.

— Ни хрена себе, — почти одновременно раздалось несколько голосов.

— Эй, подожди! — ратник догнал меня. — Эспер, да? Сколько хочешь за тушу?

— А сколько дашь?

— Десять рублей.

Неплохая сумма для того, у кого в кармане две копейки. Прямо как у меня.

Но я-то прекрасно знал, что тело такой нечисти стоит гораздо больше.

— Ты серьёзно? Аптекарь в Дальнегранске за сотню его купит.

— Прям уж, за сотню! Больше двадцатки не даст.

— Он вроде говорил, что за восемьдесят точно заберёт.

— Восемьдесят? — изумился ратник. — Я за месяц столько получаю вместе с ветеранскими. Тридцать нормальная цена.

Так мы торговались, пока не дошли до конца тоннеля. Я-то понимал, зачем солдат хочет купить у меня тушу. Ему наверняка положена какая-нибудь премия за убийство нечисти. И за трупы, насколько я знаю, обережникам тоже доплачивают.

— Ладно, Эспер! Хорошо торгуешься. Сорок пять и по рукам.

— По рукам, — кивнул я.

— Сейчас вернусь, — улыбнулся ратник.