Цвет настоящего

Во главе сидел Мастер Банч, низенький человечек с серым невыразительным лицом, больше похожий на писца из королевской канцелярии, чем на одного из самых влиятельных Странников. Впрочем, в основном он занимался как раз не созданием творений, а финансовыми трюками, крупными ссудами и поиском лазеек в законах. Насколько я понял. именно Банч исполнял обязанности казначея у Странников, накопляя и выгодно вкладывая средства, полученные от торговли, контрабанды и разных грязных делишек, вроде взломов и шантажа.

Тучи так и не рассеялись, разве что потеряли черный и фиолетовые оттенки.

Ливень плавно перешел в моросящий дождь, больше приличествующий осени. Через широко распахнутые окна в залу вливался упоительно свежий воздух, который бывает только после сильной грозы. Он бодрил, пьянил не хуже вина, прогоняя любые плохие мысли. Даже Фиори сразу повеселела, едва переступив порог.

Разросшиеся капли синего кружили по комнате, натыкались на парящие клубы зеленого, цепляли на себя ленты голубого и фиолетового.

Обилие Подлинных цветов делало воздух еще свежее, еще ароматнее, насыщая его запахами цветов, влажной земли и свежескошенной травы. Сущее удовольствие для Мастера, способного видеть все великолепие Многоцветья.

Примечательно, что Моэна за стол не пригласили. Это наводило на мысли, что или Странники решили вести дела с нами и Орденом по отдельности, или же переговоры с комтийцем зашли в тупик, и теперь Банч сделает нам предложение, от которого будет невозможно отказаться. Первый вариант выглядел немного привлекательнее, но вероятнее был второй.

Когда слуги убрали первую перемену блюд и вышли из залы, Мастер многозначительно кашлянул, отставляя бокал. К слову, к столу подали хорошее вино, незначительно хуже, чем на дворцовых приемах в Пэлиссе, но я лишь пригубил его, пристально следя за Банчем. У того была забавная привычка — в минуты раздумий он быстро шевелил пальцами, будто бы перелистывая книгу или же передвигая костяшки на счетах. Вот бы заглянуть в его мысленные расчеты, в которых сведены воедино жизни сотен и тысяч людей.

- Помнится, госпожа Фиори говорила, что хотела бы узнать о судьбе отца, Лорда Волпоне? - осведомился Банч, пристально глядя на нас.

Подождав, пока мы кивнем, он негромко щелкнул пальцами, и за его спиной бесшумно отворилась боковая дверь. Скрипнули половицы, по залу пронесся легкий сквознячок, заставив колыхаться пламя свечей.

- Рад тебя видеть, дочка.

Рыжая грива густых волос поблескивала даже в полумраке.