Закон Арксеона 3

— Кстати, мы ведь так и не придумали для этой штуковины название, — сказала девочка, потрепав зверька за ушком.

— Я так понимаю, вариант «арксеонский кот» не принимается?

— Не, слишком длинное. Может, сократить? Аркот — как вам?

— Слишком жёстко звучит. Такое название больше подходит боевой особи.

— Котоксеон?

— Тоже дичь. Но писателей тут нет, и вряд ли кто-нибудь придумает вариант получше.

— Тебе самому-то как, нравится? — спросила школьница у зверька, на что тот ответил задорным урчанием.

— Братья, у меня из головы всё никак не выходит одна мысль, — произнёс Гримм.

— Какая? — спросил Кабрио.

— Я давно не появлялся на первом ярусе, но судя по вашим рассказам, люди там выживают в крайне суровых условиях. А это место, — он сел и обвёл руками пляж, — выглядит безопасным и умиротворённым. Быть может, нам следует переселить людей сюда?

— Ну, в теории это возможно, — задумчиво проговорил Кабрио. — Мы уже знаем, что доступ на новые ярусы открывается сразу для всех попаданцев. Иначе Зора не смогла бы скипнуть второй ярус и улететь с нами сразу на третий.

— Так мы поможем людям переселиться? — с надеждой проговорил монах.

— Нет.

— ... Почему?

— Потому что делать нам больше нехрен. Представляешь хоть, сколько это займёт времени?

— Но мы должны помочь людям, если это в наших силах!

— Так чего же раньше не помогал, а разгуливал по верхним ярусам? — упрекнула его Шери.

— Я даже не знал, что в Арксеоне есть другие попаданцы! — воскликнул монах. — Я ведь всерьёз верил, что был единственным, кого затянуло в этот мир помимо двух сотен избранных!

— Даже если так, помнится, ты заявлял, что твоей священной миссией является уничтожение Арксеона, — напомнил ему Кабрио.

— Да, но... — Монах замялся, не зная, что ответить.

— К тому же мы ещё не знаем наверняка.

— Действительно ли этот ярус так безопасен.

— Да.

...

— Стоп, кто это сказал?

— Вы сейчас по-любому ломаете голову, чего это на шестом ярусе, который по уму должен быть сложнее пятого, на вас никто не нападает. Никто не пытается ни зарубить, ни сожрать. Нет ни палящего зноя, ни пробирающего до костей холода. Еда и вода в достатке, милые дружелюбные зверьки. Вон, даже пляж есть, чтобы искупаться. Что-то здесь нечисто — вот о чём вы сейчас думаете.