Дар Хроноса.

Враги ещё до нашей битвы убили весь его род, и его самого. Но он поклялся страшной клятвой, что не уйдёт к предкам, пока главный виновник этой трагедии не последует за ним, за порог смерти.

— Карлик, да ещё и мёртвый, зачем он мне? Почему ты сам не хочешь продолжить моё обучение?

— Нет, я не могу заменить его. Я не справлюсь с этой задачей, моих знаний не хватит. Я не умею и не знаю сотой доли того, что умеет Иирган. Он, а не я теперь буду твоим учителем. Прости, что не обучил тебя всему…

Его голос затих, и Ариктон почувствовал, как какая-то незримая сила выталкивает его назад.

Жгучее чувство боли во всем теле вернулось в один миг, вырвав стон из его рта. Постепенно возвращались слух и зрение, и скоро он услышал беседу двух людей, которые тихо разговаривали у его кровати. Этот диалект был ему известен, так разговаривал его отец. Это были эльфы, как он сразу не смог узнать эту певучую речь лесных магов.

— Откуда взялся этот чужак, ты не знаешь? — спросил кто-то у своего собеседника.

— Алиира и Уумина сегодня утром нашли его на лесной поляне. Они вызвали охотников, и те принесли его сюда.

— Зачем нам здесь чужак, от них одни беды. И если бы он хоть был человеком, это было бы полбеды, но ведь они притащили сюда полудикого шандира, нашего древнего врага.

— Шандира? Ведун, посмотри на его уши! Он нашей крови, возможно полукровка, но всё же наш.

— Да, тут ты прав, теперь я чувствую в нем кровь и магию эльфов. Но всё же, как он здесь оказался? На триста километров вокруг никто не живёт, да и войн тут давно не было. Эльфийская магия сама охраняет нас от врагов, запутывая наши тропы, и заставляя возвращаться назад, помимо их воли.

— Как ты думаешь, он выживет?

— Обязан выжить. Его дух силён, если, получив такие раны и потеряв столько крови, он умудрился выжить, то уж наше лечение точно поставит его на ноги.

И с тех пор жизнь Ариктона была разделена на две равные половины. В светлое время суток он лечился, принимал снадобья, лекарь менял ему повязки, промывал раны. Приходили две молодые эльфийки, нашедшие его в лесу, и час-два в день веселили его милой болтовней. Пока гость не окреп, его не мучили расспросами, давая ему время собраться с мыслями. А ночью к нему приходил Иирган, и терпеливо обучал магии.