Кодекс Охотника. Книга XVI

Император находился в некотором охреневании от этого поступка. Да, команду он хотел поменять, и уже приступил к своим обязанностям, вот только заслуженного генерала Хон Хея убирать не планировал. В общем, что-то мутное там происходит.

А ещё во Владивосток идут грузопассажирские суда, что перевозят наёмников из Кореи, Юго-Восточной Азии, и даже с Океании. Судя по всему, их услуги оплачивают Меньшиков и Распутин, чтобы поддерживать паритет сил с китайцами. Гвардия Меньшикова уже значительно потрёпана. Ту картину, которую я видел, была близко к анархии, которая, похоже, скоро захлестнёт весь восток.

Подозреваю, что если бы Морозов и Долгоруков остановились и встали в оборону, то весь этот клубок змей просто перегрыз бы друг другу горло. Если бы не одно «но»: моё предположение о природе чудесного воскрешения Меньшикова. Если я прав, то хаоса там не возникнет. Кукловод в наличии, и он всё просчитывает. По-хорошему, мне нужно туда. Вот только я понятия не имею, как это сделать. Сил ещё было маловато, поэтому оставалось только наблюдать.

С этими мыслями, раздав всем нужные указания, я заперся у себя, обложившись желейками и выделив себе ровно двадцать часов. Этого было достаточно для следующей ступени Печатей Энергии и Стойкости. Регенерация пока подождёт. Менталом меня вроде никто не закидывает, а вот стать крепче и оставаться в этом состоянии, как можно дольше — это именно то, что мне нужно.

Я закрыл глаза и погрузился в медитацию.

Один из Миров Многомерной Вселенной

Но это неточно

Трудно перевести на человеческий язык имя того, кто сейчас, наконец-то, прорвался в крепость шестерых мудрецов и смог проникнуть в темную комнату Избранных, где находилось шесть порталов.

Ниргалхаад Артыбрыывал, или просто «Ужас», долго шел к этой цели. Жалкий мир, который он поработил, не стоил его затраченных усилий. Да, не выпив души жалких обитателей этого Мира, он бы не стал тем, кем стал, но Вселенная! Как это было скучно!!!

Этот Мир был мало приспособлен для обитания человека.

Такой «катастрофой» Ужас стал для местного населения. Он стал богом, он стал карой, он стал судьбой для местных жителей. И ему нужны были жертвы. Снова и снова.