Кодекс Охотника. Книга XVI

Нет, я их, конечно, не виню. Командир у них был Истребителем второго класса. Кольца у четверых его подчинённых горели жёлтым цветом третьеклассников. Серьёзная сила, по любым меркам. Меньшиков молодец, что вырастил таких ребят. Вот только у меня вопрос, зачем эти ребята служат Меньшикову?

А ещё я, походу, размяк за последнее время. Поднимать руку на коллег Истребителей просто так мне не хотелось, хотя прямо сейчас их стихийник закидывает меня огненными шарами, а второй пытается подловить меня молнией. Она даже задела меня по плечу, неплохо так просадив доспех.

Что ж, попробую схитрить.

Прямо передо мной была башня главных ворот, внутри которых уже не было ничего жилого — там предварительно повеселился огненный слайм. Но с другой стороны, это тихое место для разговора, где меня не будет отвлекать, например, вот этот заряд РПГ, что летит в мою сторону.

Не раздумывая, я рванул вперёд. За спиной раздался взрыв, но я уже спрятался внутри башни. В живых оставалась еще, наверное, точно сотня защитников, и они могли доставить мне проблемы.

Один из них, то ли артефактом, то ли собственным Даром, накинул маскировку и, низко пригибаясь к земле, юркнул за мной.

— Как тебе, друг мой, человеко-заменитель Шнарка? — поинтересовался я в воздух.

— Ш-ш-шалкий подраш-ш-шатель! — презрительно ответил мне Шнырька и, не выдержав, добавил: — Ш-ш-шука-ш-ш-шабака!

— Согласен с тобой, мой маленький друг, — сказал я, и за шкирку вытащил «теневика» из тени.

Хотя, какой он к чёрту теневик, он даже грань Тени пересечь не смог, бултыхался на самом ее краешке. Для обычных людей и низкоранговых Одарённых — это прекрасная маскировка. Ну, а для меня... для меня это даже не смешно.

Короткий хук справа, треск доспеха, и у меня в руках обвис живой, но бессознательный Истребитель.

— Ну? — еле слышно раздалось в наушнике гарнитуры у бойца.

— Палки гну! — ответил я. — Сейчас я вам покажу маленькое представление, не стреляйте.

Подойдя к косяку двери, я коленкой прижал туловище бессознательного Истребителя к стене, чтобы он полностью не вывалился в проем и, как стрелку часов, наклонил его вправо, так, чтобы его башка высунулась наружу. В лучших традициях кукольного театра, я схватил его руку и радостно помахал наружу.