Странники ночи

Отряд, отправившийся к Реете, состоял из лучших колдунов клана ветра, а теперь получалось, что вернулся только Радолюб. Колдун смерил его безразличным взглядом и молча проехал мимо. Рядом с ним спокойно ехала Элена.

Многое изменилось? Биревий скрипнул зубами и развернув коня двинулся ко дворцу окружным путём.

Глава 4.8

Дома расступились, по краям ровной широкой дороги встали ухоженные деревья, а потом разошлись и они, открыв взгляду просторную площадь и белоснежный дворец. Высокие стройные башни взлетали под небеса, ввысь тянулось и основное здание, поражая своей нереальной изящностью и кажущейся хрупкостью.

Ярси натянул поводья коня, в его груди гулко забилось сердце. Он очень не хотел смотреть на свой дом новым взглядом, но ничего не мог с собой поделать. Он всегда воспринимал его только как дом, но сейчас дворец раскрывался совсем с другой стороны – чужой, вырванный из другого мира, не принадлежащий этой реальности.

Он смотрел, смотрел на то место, где родился, где рос, мучительно осознавая, его величие и боль, тоску и безумие, что долгие годы сжигали создателя этого дворца.

Дом, родители, прошлое…. Ничего этого больше нет. Он с трудом заставил себя отвести взгляд, медленно оглянулся. За спиной ждали те, кто несмотря ни на что избрали с ним один путь. Его друзья, его подданные и его любимая.

– Останьтесь здесь, – по его губам пробежала горькая улыбка. – И чтобы не произошло, не вмешивайтесь.

– Ярси, – Элена тихо всхлипнула. – Неужели он способен убить собственного сына?..

– Мой отец всегда был безумен, просто этого никто не замечал, – Ярослав подъехал к ней, нежно посмотрел в глаза, провёл ладонью по щеке. Она схватила его руку, крепко сжала.

– Он сильнее тебя? – глаза девушки горели испугом, она словно только сейчас осознала, чем грозит Ярси возвращение в Мирос.

Он неопределённо качнул головой.

– Я не знаю, – солгал оборотень и осторожно высвободил руку из её пальцев.

Высокие, резные створки были распахнуты. Он спешился и с непонятным спокойствием шагнул вперёд. Шагнул в круг вооружённых солдат и замерших наготове колдунов. Эти люди не противники, они никто и ничто. Его единственный противник ждал его на верхней ступеньке лестницы, ведущей к главному входу.

Его отец.