Кодекс Крови. Книга II

— Отчего же, позвольте спросить? — с искрящимися от смеха глазами и максимально серьезным лицом, произнесла Светлана, уже догадавшаяся, кто перед ней.

Сейчас, глядя на них рядом, не возникало сомнений, что они самые что ни на есть близкие родственники.

— Вы не успели появиться, а уже украли мой сладкий сон, душевный покой и жаркое сердце! — при этом у мальчика было выражение лица не меньше, чем у принца, признающегося в чувствах принцессе. — Пссс, Имяул, помоги! — услышали мы тихий шёпот, — любой цветочек, будь добра!

Кошечка исчезла и через мгновение принесла в зубах садовую астру, выдранную с корнем из ближайшей клумбы.

Андрей не растерялся и, отломив корень с ещё свежей землёй, вручил цветок Светлане:

— Это вам, о прекраснейшая из виденных мною женщин!

— Благодарю, но я не могу принять сей дар от незнакомца, — Светлана потупила глазки, — не устранит ли хозяин дома сие досадное недоразумение?

— Да, Михаил Юрьевич, будьте добры, представьте мне богиню, сошедшую к нам с небес, дабы я смог узнать прекраснейшее из имён.

Я представил их друг другу, едва сдерживая смех со всем возможным официозом и церемониальностью, на которую был способен.

— Учись, как нужно за девушками ухаживать, а не сразу к ним в душ вваливаться, — хихикнула Светлана.

— Эй, сначала было одеяло и защита от хулигана, и лишь потом душ! — попытался возразить я, но был перебит.

— Ничего не знаю. Приличные мужчины начинают с цветов, как Андрей Вячеславович! Так что пока счет один-ноль в его пользу! — рассмеялась Светлана.

Андрей предложил даме руку и повёл её показывать особняк. Я с улыбкой смотрел им вслед, готовый растянуться прямо здесь на полу. Имяул забралась мне на плечо и потёрлась мордочкой о щеку.

— Андряу хороуший. С ним веселяу! А Маура строгау, но тоже хороушауя.

Я погладил кошечку за ушком от чего та заурчала довольно. Всё, чего я хотел, это просто лечь спать. Из глубины дома послышался хоровой крик:

— Имяул, малина!

Эта пушистая предательница исчезла на середине мурчания даже не попрощавшись.

Вот такие они эти дамы. Стоит на горизонте появиться голубоглазому блондину с цветами и малиной, как они исчезают в неизвестном направлении.

Я, посмеиваясь, отправился к себе в комнату, на ходу давая распоряжения Арсению подготовить для нашей гостьи комнату и поздний ужин. На большее меня не хватило. Малодушное желание завалиться на кровать прямо в одежде отмёл и отправился в душ.