Гардар. Книга четвертая

Гардар. Книга четвертая

Михаил Павлович Игнатов

Гардар #4

Михаил Игнатов – популярный писатель фантаст, работающий в жанре фэнтези. Наиболее известны его циклы книг «Путь» и «Гардар».

Представляем четвертую и финальную книгу «Гардара».

Смертельные битвы позади. Ты обрёл награду, о которой не смел и просить, не замахиваясь больше, чем на месть. Вот только у награды соленый вкус слёз.

Долгие месяцы ты подставлял своё плечо любимой, не в силах сделать для неё большего.

Но теперь, когда понял, что есть шанс всё изменить, сможешь ли ты оставить её? Бросить?

Ты боевой маг, который должен первым встречать врага, но то, что от тебя требуют, лишь впустую расходует время и силы.

Хватит ли у тебя решимости изменить происходящее, доказать, что дети Создательницы выросли, и сделать так, чтобы её символ снова озарил небо над тобой?

Михаил Игнатов

Гардар. Книга четвертая

Автор обложки – Юлия Жданова

* * *

Пролог

Подкованные сапоги идущего впереди Каира гулко впечатывались в серый стылый камень.

Редкие искры тут же гасли, но звук шагов взлетал к седой от пыли паутине свода, рушился обратно и принимался испуганно шарахаться от стены к стене.

И каждый раз Маро каменела в моих руках, вжималась всем телом, стискивала руки на моей шее.

Я вглядывался, кусая губы, в мечущиеся, оглушённые эхом тени, как и они, не находя себе места. Негромко окликнул канцеляриста:

– Каир…

Но он услышал, бросил взгляд через плечо:

– Ну?

Светоч в руках Каира дрогнул, скрывая лучи за плащом, и передо мной сгустилась тьма.

Тень канцеляриста поползла по стене, вздымаясь надо мной, ширясь и давя.

– Каир, – я сглотнул комок и хрипло попросил: – Прошу тебя, отметь её отдельным рапортом… Придержи его хотя бы на неделю.

Даже сквозь доспех почувствовал, как Маро вздрогнула.

Канцелярист замер. Эхо подков унеслось вперёд, во тьму, попыталось взобраться там по лестнице и стихло. В наступившей тишине Каир обернулся к нам, разгоняя тени и ослепляя сиянием Светоча.

Я ожидал всякого: что его губы сложатся в жёсткую угловатую усмешку, что он презрительно хмыкнет и обвинит меня в использовании положения старшего по званию. Готовился убеждать и просить. Но оказался совершенно не готов к тому, что Каир лишь кивнёт и молча продолжит путь. Всё же эта война, смертельные схватки и смерти вокруг изменили нас. И всё ещё продолжают менять. Как меняют меня сейчас холодные, едва ли не ледяные пальцы, что скользят по моей щеке.