Истории приграничья

— В уборную ходил, больше никуда, — без желания сообщил Мални.

Сабир молча развернулся и, по-прежнему глядя вниз, направился прочь.

— Что ты нашёл? — я нагнал его в несколько шагов.

— Кровь, — коротко ответил проводник.

— А-а… Тут убитых проносили, видно капнула.

Сабир глянул на меня, потом прошёл к лестнице. Вернулся.

— От лестница до середина зал нет кровь.

— Бел, чего вы там делаете? — подал голос дядя Эсмонд.

— Сабир углядел чего-то, нужно проверить, — крикнул я, вытаскивая факел из ближайшего горшка.

За дверями след становился всё чётче. И вёл он в уборную.

Вместе с проводником мы втиснулись за загородку. Я задел медный кувшин с высоким горлышком и узким носиком — обязательную принадлежность почти всех омруданских уборных, — и выругался.

— Светить здесь, — попросил Сабир, указывая куда-то вниз.

Я опустил факел к доске с дырой, и мы увидели размазанную, начавшую подсыхать лужицу. Ещё несколько капель темнели почти у самой стены.

— Позволять мне, — терхизец протянул руку.

Получив факел, он сперва осветил пол, а после его внимание привлекла стена. Приблизив огонь к камням, поводил горящим концом из стороны в сторону.

— Смотреть! — его обычно невозмутимый тон сменился возбуждением. — Там быть пустота!

Я молча таращился на то, как полупрозрачные оранжевые космы пламени будто затягивает в промежуток между камнями. Сабир надавил на стену, после попытался подцепить край щели ногтями. Потерпев неудачу, начал ковырять кладку кривым кинжалом. Когда и это не принесло плодов, проводник принялся ощупывать каждый камень, каждую выпуклость и впадину на поверхности.

Не знаю, нажал ли он секретный рычаг или его действия привлекли кого-то изнутри, но в какой-то момент фрагмент стены совершенно бесшумно повернулся на невидимой оси, открывая исчезающий в темноте коридор. В нескольких шагах от нас, таращась в стену перед собой немигающим взглядом, стоял человек. За ним так же неподвижно застыл другой. И ещё, и ещё — шеренга похожих на статуи мужчин тянулась так далеко, насколько доставал свет.

Сабир что-то дико заорал на своём языке. Из всего я разобрал лишь нечто похожее на «алсарив» и то потому, что слово повторилось несколько раз. Швырнув внутрь факел, проводник сперва отшатнулся, толкнув меня так, что я чуть не сорвался ногой в дыру уборной. А после рывком повернул плиту, закрывая проход.