Кровь достойных: Бастион Восточный

Только вот почему те пытают его вместо того, чтобы благодарить за убийства монстров и борьбу со Скверной?

– Ты ошибаешься, – отвечает на незаданный вопрос каменный истукан и неловко качает головой. – Ты не умер, это не царство Богов.

Кажется, теперь он раздражён. Выверенная речь слегка ускоряется, выдавая нетерпение, но Верус сомневается, настоящие это эмоции или враг снова пытается обмануть его. Тот продолжает:

– На самом деле их вовсе не существует. Нет никаких Богов, лишь один, но пока не будем об этом.

С другой стороны, разница в силе, возможностях и познании мира делает меня и мой народ «Богами» для вас.

– Ты… ты говоришь, что являешься Богом? – с придыханием спрашивает Верус, нервно взмахнув рукой. – Они твердили, что призовут Божественного духа! Они обманывали нас всех, а ты… ты лишь демон, что играет на одной стороне вместе с ними. Но точно не Бог!

– Глупости, мальчик. – Истукан разворачивается и начинает отходить от Веруса. Тот дёргается в нерешительности, но всё же шагает следом, постепенно нагоняя его.

– То, о чём ты говоришь – ритуал Пробуждения, – ничто иное, как призыв свободных душ. Сложная и редкая магия, но возможная.

Истукан ведёт рукой, и слева возникает образ главного собора Шестёрки. Камень течёт и пылит, складываясь в удивительно точно воссозданное помещение. На трибунах видны маленькие человечки, по центру на возвышении замерли трое. Верус узнаёт себя и Сабрину, а мигом позже и старца, что творит ритуал. Как он сказал? Призыв душ? Но разве…

«Нет! Это всё ложь! Зачем я слушаю его?!»

– Рад, что ты наконец-то прислушался к моим словам и перестал вопить.

Если так пойдёт и дальше, то наш диалог закончится гораздо быстрее.

Истукан, или кто он там есть, останавливается. Замирает и Верус, проследив за поднятой рукой собеседника. Он всё же решает выслушать очередную сказку, но он уже не ребёнок. Теперь умным речам не обхитрить его. Никакой злой дух или даже Бог не обманет его.

По мановению руки пылевое облако каменной крошки сливается в сложный образ.

Он постоянно движется, одна картина сменяется другой, а странный демон вещает свою историю:

– Я один из «Богов» – пока будем называть это так, чтобы тебе было проще. Зовут меня Николас или, по-вашему, Николай, но можешь называть меня как угодно, мне всё равно. В вашем эпосе неизвестен, так как не отвечал за просвещение новых миров.

Пылевой образ сложился в высокого мужчину с короткими волосами и узкими чертами лица.