Ренард. Книга 3. Зверь, рвущий оковы

Ренард. Книга 3. Зверь, рвущий оковы

Дмитрий Шатров

Ренард #3

Жизнь цепного пса собачья, но сытная. Есть еда, есть будка, есть дело. Но иногда цепи приходится рвать, и тогда пёс превращается в зверя. Кровожадного, дикого, смертельно опасного. Продолжение истории Ренарда де Креньяна.

Дмитрий Шатров

Ренард. Книга 3. Зверь, рвущий оковы

© Шатров Дмитрий

© ИДДК

Содержание цикла "Ренард":

Книга 1. Щенок с острыми зубами

Книга 2. Цепной пёс инквизиции

Книга 3. Зверь, рвущий оковы

Глава 1

Лязгнул тяжёлый засов, дверь пронзительно скрипнула, распахнулась, пропуская в каземат посетителя.

Святой брат в серой рясе шагнул через порог и замер у входа, буравя узника немигающим взглядом.

– Юный де Креньян? Опять в гуще событий? Почему я не удивлён?

Ренард поднял глаза и скривился. Вот уж кого он не ожидал здесь увидеть.

– Тебя какими ветрами сюда занесло, дознаватель? – буркнул он, не потрудившись даже привстать с неудобного ложа.

– Старший дознаватель Северного Предела, с твоего позволения, – надменно поправил его брат Лотарь, выделив интонацией первое слово.

– Вон даже как, – протянул де Креньян. – А чего не Восточного? Или отец Бонифас тебя перестал привечать?

По лицу дознавателя пробежала сиюминутная тень. Стало понятно, что тема для него неприятная.

– Не твоего ума дело, – грубо отрезал он и нахмурился. – Я бы на твоём месте проявил больше почтительности.

– С чего бы вдруг? – фыркнул Ренард, не переменив позы.

– Ну, хотя бы с того, что именно от меня зависит, какие методы дознания к тебе применить, – в голосе собеседника неприкрыто прозвучала угроза.

 – Мы, знаешь ли, не только разговоры умеем разговаривать. У нас такие мастера в штате есть – мёртвому язык развяжут. Смекаешь, о чём я?

– Ты ополоумел, брат Лотарь? Высокая должность в голову ударила? – с издёвкой усмехнулся Ренард. – Какие мастера, какое дознание? Тебе нечего мне предъявить.

– Не скажи, не скажи, – покачал головой серорясый. – Во-первых, причинение телесных повреждений воинам храма…

– А нечего было грубить, – перебил его де Креньян и поморщился, тронув кровоподтёк на скуле.

 – Ты бы лучше им о почтительности рассказал. Я Пёс Господень, а не бродяга с большой дороги.

– Во-вторых, – продолжил дознаватель, пропустив тираду узника мимо ушей, – сопротивление при аресте и нанесение побоев представителям следствия.

– Скажешь тоже, побоев, – отмахнулся Ренард и охнул от боли в ушибленных рёбрах.