Кровь достойных: Бастион Восточный

Заметив, как дрогнула нижняя половина лица парня, Джулия разозлилась на саму себя, но изменить уже ничего не могла. В любом случае это всё из-за него. Зачем он проявляет эту непривычную обходительность? Она не умирает, просто ранена! И её сорвавшиеся с поводка чувства и эмоции да повторяющиеся ночные кошмары вовсе ни при чём! Это всё последствия ранения.

Но страхи, пустившие ростки в её разуме, оказались беспочвенны. Гость лишь пожал плечами, словно пропустив колкость мимо ушей. Оглядевшись, он приметил стул, стоящий возле небольшого столика, за которым она обычно обедала, и перенёс его ближе к кровати.

При этом поставил так, чтобы оказаться к входной двери не спиной, а правым боком, и тут же уселся. На миг замерев, словно размышляя о чём-то своём, он поднял руки и неспешным движением скинул капюшон с головы.

Удивлённо распахнувшая глаза Джулия открыла было рот, чтобы хоть что-то сказать, но ни одного подходящего слова не пришло ей на ум. Слишком неожиданно охотник, сидящий перед ней, скинул капюшон. За время их общения она успела понять, как сильно тот печётся о своём инкогнито.

А тут вдруг пожалуйста – ставит её в тупик своим поступком.

– Не удивляйтесь так, леди, – усмехнулся охотник, словно прочитав её мысли. Хотя вряд ли это было сложно. – Я неплохо узнал вас, чтобы не переживать по этому поводу. К тому же я не преступник и не скрываю свою личность, просто не люблю… внимание, – пожал он плечами, недвусмысленно коснувшись шрама. Джулия как раз рассматривала его. Спохватившись, она отвела взгляд в сторону.

– Нет, нет, ничего страшного, – поднял он руку в примиряющем жесте. – Можете смотреть, вы ведь тоже достаточно много узнали обо мне. Мелкое уродство не должно испортить впечатление, не правда ли?

– Верно, – успокаиваясь, кивнула Джулия и вновь осторожно взглянула на лицо юноши. Его голубые глаза лукаво смотрели в ответ.

Лицо казалось достаточно грузным из-за крупного подбородка и далеко не узкого носа. Если присовокупить к этому грубый голос, то парню легко можно было дать двадцать пять, а то и тридцать лет, но глаза… они сразу его выдавали.

– Кстати, когда мы снова перешли на вы? – добавила она, приподняв правую бровь. Не только ей сегодня стоит пребывать в ступоре от непривычного поведения собеседника.

– Хм… дайте подумать. – Ксаплам сделал вид, что задумался. – Мой поступок не делает вас обязанной мне. Поэтому небольшая вежливость при разговоре должна помочь не чувствовать себя неловко.

– Разве не наоборот?

– Ха? – Он заметно смутился.