Кровь достойных: Бастион Восточный

Дозор в обе стороны! Обследуйте каждый сантиметр стены, бегом! Ты, – обратился он напрямую к одутловатому брату луны, – остаёшься за главного! Вы, – повернулся к своей группе, – за мной!

А со стены, разорвав ночную тьму, уже взлетели три ярких светлячка магии крови.

Веруса же занимало совсем другое. Он быстро покинул улицу у ворот, свернул в узкие проулки и теперь мчался к внутренней стене бастиона, выбирая кратчайший маршрут среди переплетения домов, заборов и дворов.

Кто бы ни устроил всё это – явно ожидал, что солдаты бросятся к пламени пожара, словно мотыльки, оставив позади полупустой бастион.

День и час были выбраны филигранно. Кто в своём уме будет переживать о хорошо охраняемом бастионе, когда под боком целая деревня, полная народу? Никто, в ком есть хоть капля сострадания или медовухи.

Этим и воспользовался неведомый враг. Их отвлекли от главного, или, по крайней мере, попытались. Но враги не знали, что Верус как раз решил завязать с мёдом. Во всяком случае, пока что. Ну а сострадание… что же, им он и вовсе никогда не отличался.

Проклиная неизвестных вредителей и терзаясь догадками о причастности ко всему произошедшему культа, охотник в считаные минуты оказался у стены бастиона. Не останавливаясь, сфокусировался на токе крови в венах.

Спокойствие, сосредоточение, воля – и вот по ногам разливается пламя, опаляя нервы огненными иглами силы Богов. Мышцы набухают от притока крови и едва умещаются под кожей, а Верус припадает к земле. Мощный толчок – и он взмывает ввысь.

Край высокой стены стремительно приблизился, и так же быстро оказался позади в то время, как зелёный плащ хлопал на ветру. Мощёная площадь внутреннего двора встретила незванного визитёра болью в суставах и пояснице, но Верус едва ли обратил на это внимание. Вместо этого он бросил тело в кувырок, сбивая инерцию падения и, вскочив на ноги, устремился дальше зеленоватым призраком в ночи.

Он и сам не знал, кого или что искал здесь, но вскоре, будто по мановению Божественного гласа, наткнулся на следы злоумышленников.

Нет, это была не пара отпечатков грязных ног на гладком камне или трепещущий на ветру обрывок рубахи, оставленный на коряге. Всё оказалось одновременно проще и ужасней.

У края казарм лежало два тела. Первое принадлежало мужчине. Он припал к стене, уронив голову на железный нагрудник, залитый кровью. Алые дорожки всё ещё текли по гладкому металлу, разливаясь неровной лужей между его ног.

Верус остановился и нагнулся над убитыми.