Последний реанорец. Том VI

Жена Давыдова невольно вздрогнула и с зачатками страха в глазах неуловимо посмотрела на мужа, а девчонка рядом с Романовой заёрзала на своём месте. ‒ Как вам такое? Если уж биться, то всерьёз и до смерти. Такие схватки мне по душе. Ну так что? Согласны?

Однако ответом мне была всё та же мёртвая тишина. Люблю упиваться подобными моментами. Вот что означает сложившаяся репутация.

‒ Что ж, ‒ расплылся я в снисходительной улыбке, не отводя взора от Давыдова. ‒ Так я и думал, ‒ и развернувшись продолжил свой путь к выходу.

‒ Граф, вы, как и всегда действуете в своей беспощадной манере, ‒ вдруг ударил мне расслабленный голос в спину, и попрощавшись с той самой девчонкой и остальными, а затем поднявшись с дивана, Виктория отправилась следом за мной, лишь по пути поучая князя. ‒ Что касательно вашего предложения, Сергей Вячеславович, то оно и вправду было опрометчивым и недопустимым. Крайне некрасиво с вашей стороны предлагать такой спарринг, ‒ и подхватив меня под руку, та потащила меня к дверям, и тихо зашептала мне в ухо.

‒ Я много размышляла и теперь, думаю, нашему разговору уже пора состояться. Надеюсь, вы сдержите своё слово.

Чтоб меня херувимы на свои копья света вознесли! Впрочем, так и быть. На всё воля Бездны…

***

Первое кольцо. Москва.

Имение столпа империи Лазарева.

Личный кабинет.

Час спустя…

‒ Ну что же, ваше высочество, ‒ негромко начал я, стоило девушке умоститься на предложенное место, а сам я неспеша прошествовал прямиком до своего кресла и взглянув в глаза великой княжне, протяжно выдохнул.

‒ Слушаю вас внимательно. Что именно вы хотите узнать? Но прежде чем мы начнем, хочу предложить вам клятву. Вы клянетесь Катаклизмом, что никто и никогда не узнает об этом разговоре, я же могу вам обещать, что расскажу всё, что только пожелаете. И могу даже поклясться, что не желаю зла, ни империи, ни лично роду Романовых.

После целой минуты размышлений, девушка утвердительно кивнула, хоть и заметно было, что она нервничала.

‒ Согласна. Клянусь Катаклизмом, ‒ тихо проговорила та.

‒ Клянусь Катаклизмом, ‒ следом проговорил я.

И стоило стихии в моём теле заверить нашу клятву, как Виктория сразу задалась очевидным вопросом.

‒ Кто вы такой?

‒ Лазарев Захар Александрович, ‒ усмехнулся я одними губами, глядя на нахмурившуюся Романову. ‒ Но думаю, знать вы хотите не это. Тогда вам лучше переформулировать свой вопрос.

‒ Кто вы такой на самом деле и кем были ранее? ‒ мигом исправилась великая княжна, начиная нервничать.