Башня Крови

Отец хмыкнул:

— Лиал, расслабься. Ты так стиснул меч, словно я принимаю у тебя экзамен. Это лишь любопытство отца. Юные идары, не прошедшие своих первых Игр, не сильно отличаются в запасах жара души, а тебя Терсия хвалила с детства, как таланта в деле внешних техник. Не думаю, что уж в этом измерении ты провалишься и сумеешь ударить лишь пять раз.

Я улыбнулся:

— Спасибо, отец.

Постарался расслабить плечи и пальцы на рукояти.

Четвёртый Ветер.

Пятый.

Ирал напомнил:

— Плечи, господин.

Шестой, седьмой... Пятнадцатый.

— Господин, заканчивая умение, позвольте клинку скользить сквозь воздух самостоятельно. Пусть сталь сама ищет идеальное положение.

Двадцать первый...

— Господин, вы замедлились. Соберитесь. Вы Оскуридо.

Я невольно зыркнул в сторону Ирала. Нашёл о чём мне напомнить. Это должно придать мне стойкости и упорства? Эй, наставник пути меча, тебе стоит сменить наставления. Они устарели на тысячу лет.

Тридцатый.

Я опустил меч. Вот теперь пальцы уже не расслабишь. Их буквально свело судорогой.

Дело здесь не в усталости тела и не в том, что меч слишком тяжёл для меня. Я идар. Я тренировался с детства. Я способен час, а то и два рубиться без остановки. Дело скорее в том, что тело не выдерживало, пропуская через себя такое количество жара души.

Но отец решил, что я исчерпался и хлопнул меня по плечу:

— Для твоих шестнадцати просто великолепно, Лиал!

Матушка сухо заметила:

— Ему пятнадцать, Нумеро.

Он отмахнулся:

— Ой, Терсия. Это не более чем придирки. Погляди, как хорош наш мальчик.

Теперь хмыкнул я, вспомнив свои мысли на перевале:

— Я уже не мальчик.

Отец вскинул брови:

— Когда же ты успел, Лиал?

— Нумеро!

Я ощутил, как краснею. Отец. Тут половина воинов Дома и два десятка слуг глазеют. Ты нашёл о чём пошутить надо мной.

Отец вдруг возмущённо заявил:

— Терсия, ты прекрати это. Убери эту проклятую плеть и оглянись, мы здесь не одни.

Яд из голоса матушки можно было собирать на лечебную мазь:

— О, ты вспомнил, что мы здесь не одни, Нумеро?

— Терсия!

Я даже позабыл о своём смущении и с открытым ртом глядел на то, как отец пятится от матушки, которая наступала на него, тесня к стене замка. Наступала, плавя камень под ногами змеёй огненной плети.

Да, похоже, я вырос, раз родители больше не скрывают от меня своих шуток.

Глава 5

— Слева, седой мужчина с бокалом. Владетель Великого дома Фуэрте.