Тринадцатая душа

Он всего лишь надрезал горло ублюдка, этот удар был далеко не смертельным. Теперь, оставшись с чернокнижником один на один, он не желал заканчивать все слишком быстро. Нет, душелов хотел вскрыть прожорливое брюхо, раскорчевать его, и посмотреть, что находится внутри.

«Темная Радуга» взмыла вверх. Глазенки Булорда следили за ней, как глаза фанатика следили бы за дланью бога. И Нулус нанес удар. Думал, что нанес…

Спину человека вдруг пронзила волна невыносимой боли, и он перестал чувствовать свое тело. Руки опустились сами собой, выпуская из пальцев надежный клинок.

Нулус попытался рвануть в сторону, но у него не было на это сил. Кто-то вытащил трезубец из его спины. Душелов потерял равновесие, попятился и рухнул на спину. Он больно ударился затылком о плиты на каменном полу, – перед глазами поплыл кровавый туман. Над ним стоял улыбающийся Тьюфер, в ручонках хаффлинга лежала половина трезубца.

Нулус на какое-то время потерял сознание. Когда он снова пришел в себя, вокруг Булорда толпились слуги и лекари. Арбалетного болта в пасти чернокнижника уже не было, а сам он с упоением облизывал свои толстые губы.

– Прошу вас, мой лорд, позвольте мне это сделать! Я так давно этого ждал! – среди прочих тварей, стоявших у трона, Нулус увидел Тьюфера. Он был к Булорду ближе всех.

Чернокнижник почувствовал, что душелов открыл глаза.

– Хорошо, омр-омр. Ты заслужил это. Но сделай все чисто, он уже почти издох, – ответил чернокнижник и жестом приказал своим слугам приготовиться к ритуалу.

– Конечно, владыка! Я вас не подведу, не подведу, – хаффлинг и кивнул стражникам, стоящим у тела Нулуса.

Умирающего душелова тотчас же подняли с пола чьи-то сильны лапы. Его быстро поставили на колени. Голову откинули назад, грубо вцепившись в длинные волосы.

– Он должен быть в сознании! – рявкнул лорд Булорд.

Один из эльфов-заклинателей торопливо начертил в воздухе руну и наложил на Нулуса временное исцеление. Чернокнижник одобрительно зачавкал.

Боль слегка отступила, взгляд душелова несколько прояснился. Тьюфер поставил себе под ноги склянку с черной феей и капнул на нее крови Нулуса, смахнув ее с трезубца. После этого хаффлинг взялся за сосуд.

– Никаких филактерий.