Соловей

Он потянулся и уставился на спящих разбойников. Затем принялся будить их пинками.

Соловей.

Илья стал двигаться вместе с ним – по краю поляны. Так, чтобы между ним и главарем разбойников всегда находились люди. Теперь только ждать. В левой руке Илья сжимал Верного Пса, правой он тащил костяжку – два десятка камней, общим весом не меньше десяти пудов, связанных веревками друг с другом. Теперь только ждать.

Ждать пришлось недолго. Кто-то заметил отсутствие товарища, сонные сменщики удивлялись тому, что их не разбудили.

.. Все лезли с вопросами к Соловью, сгрудившись в одну кучу...

Пора.

Илья вышел из леса, раскрутил костяжку и бросил ее в толпу. Надо отдать им должное – некоторые успели отпрыгнуть. Костяжка тяжело развернулась, показала себя со всех сторон и ударила в оставшихся разбойников, сдирая их с места, швыряя на землю. Не меньше десятка разбойников оказались на траве, прижатые сетью, двоих из них прикончили тяжелые камни. Илья оказался рядом с пытающимися выбраться разбойниками, добил четверых, оглушенных, окровавленных, пытающихся выбраться из-под сети.

Затем остальные опомнились и бросились на Муромца. Илья быстро отскочил и нашел взглядом Соловья – тот, естественно, был жив-здоров и уже набирал в грудь воздух. Илья встал так, чтобы от свиста Соловья его закрывали разбойники – их набежало около десяти, все что остались. Соловей пытался перебегать с места на место, но Илья все время оказывался закрыт от него его же людьми. Тогда Соловей остановился и, больше не в силах сдерживаться, засвистел.

Илья мгновенно прыгнул в сторону, протестующе взвыли мышцы, и в голову от дикого напряжения ударила кровь. Он приземлился на траву, сразу же вскочил на ноги. Из лихих людей не выжил никто – всех разметало свистом. Соловей, улыбаясь, повернулся к Илье. Муромец, не двигаясь, смотрел на него. Глаза Соловья на миг расширились, а затем вновь сузились.

- Ну здравствуй, Илья. – сказал Соловей и улыбнулся.

– Не ожидал здесь тебя увидеть.

- Здравствуй, Алеша. – ответил Илья. – А я тебя искал.

4.

Флегг появился около года назад. Приехал на карете с запада и сразу же поселился во дворце, объявив себя польским послом, что, впрочем, было неправдой, Князь узнал об этом на четвертый день, когда выяснилось, что герр Флегг ни черта по-польски не понимает, зато иногда говорит на каком-то странном языке, которого Князь никогда раньше не слышал.