Озеро Новых Судеб

– Только сначала нам надо заскочить в одно место.

Прощание с тотемами у Арчи вышло тяжелым, особенно для Фьюри. Мальчик ни за что не хотел отпускать нового старого друга, которого заново обрел, да и моему тотему парень почему-то очень понравился, может генетическая память проснулась. Чувствую, Аделайн придется нелегко, и разговор о возвращении в Цитадель будет подниматься еще не раз. Мне даже стало немного неловко за созданные проблемы.

С другой стороны, было видно, что и жене Ричарда тяжело прощаться с Фьюри, хоть она и приняла мысль о том, что дракон ее не помнит.

В общем, когда мы вышли из дома, рассовав тотемов по сумкам, и расположились в экипаже, я вздохнул с облегчением.

- Гант, в Элорин! – скомандовал в переговорное окошко Макс и задраил его наглухо.

Впереди был неблизкий путь до столицы.

Пока ехали, и так и этак прикидывали, что можно сделать с информацией об особых свойствах чешуи расы драконов. Я не видел сложностей в том, чтобы разыскать их и вежливо попросить несколько чешуек, а вот Макс со мной был категорически не согласен.

Мол, многолетняя вражда сама себя не изжила, и никто просто так помогать не будет. Полина, грустно вздыхая, откровенно жалела, что эти драконы больше не поддерживают Гнездо, и чуть ли не прямо говорила, что без них мы не справимся. Я был с ней согласен. Своими мини-нападениями Браг нас расчетливо тестирует, и одному богу известно, что он придумает к решающей битве.

- Думаете, она уже скоро будет? – как-то тоскливо спросила Поля.

Мы только кивнули. Было у меня нехорошее предчувствие по этому поводу, но рассказывать о нем друзьям я не стал.

Некоторое время ехали молча. Мимо проносилась монотонная лента деревьев, пейзаж не баловал разнообразием и навевал какое-то дремотное состояние.

В переговорное окошко постучался возница:

- Господа, позвольте остановочку сделать, уж больно отлить…звиняюсь… по нужде надо отойти.

- Валяй, - милостиво позволили мы, и повозка начала притормаживать у кустистой обочины.

Непонятное шкрябанье, а затем глухие щелчки раздались по обеим сторонам нашего экипажа одновременно.

- Что за? – мгновенно напряглись мы, но было уже поздно.

В окно справа, похабно улыбаясь, заглянул Гант и скорчил печальную гримасу. Вот паскуда! Но тут и в левом окне, заставив меня вздрогнуть от неожиданности, появилась и исчезла голова в капюшоне плаща. Разглядеть лицо я не успел. Безуспешно подергав дверцы кареты, мы поняли, что заперты снаружи.