Поход на Киев

Рогнвальд взглянул в глаза Ставру, и от этого на душе у купца похолодело. Скандинав ничего не сказал ему, но во взгляде его было столько презрения, что Ставр не сомневался: ещё одна такая выходка, и рыжий его убьёт. А меж тем на поле боя становилось всё ужаснее. Кто-то надел на копьё отрубленную человеческую голову и поднял её над битвой, словно знамя. Голова, по всей вероятности, принадлежала новгородцу, поскольку подняли на копьё её киевляне. Здесь Ставр уже не выдержал и к своему стыду почувствовал тёплую сырость в штанах.

Но на это никто не обратил внимание, словно это было обычное дело, да и отрубленная голова привела новгородцев в бешенство. Теперь в бой вперёд шёл сам князь Ярослав, а за ним витязи из Славенского и Людина конца, в их числе Добрыня, Гаврюша, Кирилл и юный Николай. Своим натиском они отбросили врага, а затем побежали дальше, всё сильнее растягивая фланг. На какое-то время битва превратилась в соревнование по бегу. Новгородцы соревновались с киевлянами, никто не хотел уступать. Ярослав бежал впереди всех, но никто не видел его брата Святополка. Новгородский князь оказался невероятно быстрым, всю свою ярость, всю свою жажду власти он вложил в этот бег. И в конце концов новгородцы обогнали киевлян, преградили им путь и стали теснить их ряды. Теперь новгородцы перехватили инициативу и начала окружать врага и прижимать к реке. Тем яростнее сопротивлялись киевляне и пытались отбиваться. Добрыня на какое-то время даже забыл про боль в руке и яростно разил копьём в гущу врагов. Вскоре на конце его клинка появилась кровь – знак того, что он кого-то ранил. Но в следующее мгновение раненная рука отказалась его слушаться, выпустила щит, который рухнул на землю. Тут же множество копий устремились в богатыря. Некоторым дал отпор Кирилл, от других закрылся щитом Николай Микулич. Откуда-то возник и Константин Добрынич – новгородский посадник, который мощным ударом булавы раскроил кому-то череп. Добрыня поймал руками копьё, которое летело ему прямо в лицо, но от удара поскользнулся и рухнул на землю. Как назло, позади не оказалось никого из своих. Какой-то проворный киевлянин тут же набросился на новгородца с целью поразить его лежащим. Но Добрыня успел перекатиться. Вслед за первым ударом киевлянин замахнулся для второго, но тут кто-то с невиданной скоростью набросился на него. Витязь ещё пытался защищаться, но безуспешно, и вскоре пал под ударами вражеского топора. Каково же было удивление Добрыни, когда он увидел, что его спаситель – Рогнвальд.