Зеркало миров

Хватит ей и потери семьи. Пусть не сознаёт, но чувствует, что такой эмоциональной встряски, как постельный опыт, спящая искра дара не переживёт».

Задумавшись, Ислуин не заметил, как служанка унесла пустые тарелки. Обнаружил перемену, когда вместо ложки под руку попалась кружка с горячим травяным настоем. «Теперь, кажется, понятно, что хотел мне передать Облачный хозяин дорог». Осталась мелочь. Придумать, как лучше всего заставить девчонку пойти в ученицы.

Разговор магистр решил отложить на утро. Пусть Лейтис получше ощутит разницу между жизнью бродяги – и жизнью «под крылом» наставника.

И для начала, получив от шустрого сынишки хозяина гостиницы заказанный свёрток с одеждой, вместе с подносом еды поднялся к себе.

Девочка встретила его сидя на кровати, закутавшись в огромное махровое полотенце и расчёсывая гребнем волосы: после мытья они оказались до лопаток и тёмно-русые. Из вежливости и не видя необходимости, подглядывать Ислуин не стал. Но по восторженным вдохам и шуршанию, не поворачиваясь мог в любой момент сказать, что именно и с каким выражением на лице Лейтис сейчас достаёт и одевает.

Когда она закончила, на кровати сидела смущённая до красноты девочка, в расшитой белой блузе, непривычной за последние годы юбке и сапожках. Впрочем, стеснялась девочка недолго. Ровно до того момента, пока не увидела в руках Ислуина поднос.

«И всё-таки, какой ребёнок. Улица так и не смогла сделать из неё зверя…» – подумал магистр, глядя, как после долгого разговора, в котором Ислуин аккуратно вытянул из девочки её историю, осоловевшая от обильной еды Лейтис, не раздеваясь, уснула на кровати.

Даже не обеспокоилась о том, что рядом находится чужак с непонятными намерениями.

Подготовив всё необходимое для ритуала принятия ученичества, чтобы не возиться с утра, Ислуин расстелил на полу рядом с кроватью спальный мешок и лёг, задумчиво глядя на мерцающие в окне звёзды. Причудливы пути Сарнэ-Турома. Где-то недалеко от здешних мест, только в своём мире, он встретил баксу Октая. И вот здесь же берёт себе первую настоящую ученицу.

Не считать же такими весь тот поток разгильдяев-студентов, которым он столько лет пытался вложить в головы хоть крохи знаний?

Негромкий звук зацепившейся за карниз верёвки Ислуин услышал даже раньше, чем сработали развешанные вокруг комнаты охранные «сигналки». Тёмная фигура аккуратно убедилась, что обитатели комнаты спят, перевалилась через подоконник, сделала шаг к кровати… И замерла: остриё кинжала кольнуло кадык.