Топоры гномов V. Ключ к победе.

А потому, сразу бросился в бегство, стремясь как можно скорее выйти из-под воздействия чар.

По наитию или осознанно, но Крастос устремился в сторону, откуда раздавался самый ожесточенный шум схватки. Туда, где находился портал в Инферно. Кто знает, может быть он надеялся найти там помощь. Может быть считал, что и сам способен внести лепту в сражение, в случае надежной защиты от клинков дроу. Крастос достоверно знал лишь одно – до самого последнего мига он верил в могущество демонов. Наверное, именно поэтому столкновение с действительностью стало настолько болезненным.

У портала Инферно разверзлась настоящая бойня. Может демоны и были сильны, однако дроу здесь и сейчас демонстрировали опыт, превосходную сработанность в группах и, что самое важное, были куда многочисленней.

Вот закружился в смертельно опасном танце дьявол, молниеносными ударами когтей, пламени, хаоса, поражая каждого, имевшего наглость подобраться к этому воплощению смерти слишком близко. Однако торжество демона оказалось не долгим. Целый каскад чар ударяет в высшего, слепя, ослабляя, парализуя.

Демон замирает на месте, а затем попросту разрывается на части под воздействием десятка атакующих заклинаний дроу.

В другой точке поля боя ифрит поднялся в ночное небо, обрушивая на врагов потоки пламени. Почти без всякой пользы, ибо темные эльфы успешно избегали атак, демонстрируя невероятную ловкость и скорость. Накрыть же врагов ударами по площади огненный дух так и не успел. Неосмотрительно приблизившись к стене замка, он подставляется под удар, успевшего затаиться в засаде драука.

Уродливая помесь эльфа и паука обрушилась на голову ифрита, и, не обратив внимание на жар пламени, сбросила того на землю, а затем сразу в пять клинков одновременно пронзила обретший форму огонь, отправляя демона на перерождение.

Падали на землю суккубы, выпотрошенные матово-черными клинками, в страхе бежали прочь гончие, кошмары бились на мостовой, угодив в невидимые во мраке канаты паутины. И вся эта резня происходила на площади, усыпанной множеством тел гвардейцев и бесов, павших в самом начале схватки.

Крастосу хватило нескольких секунд, чтобы оценить обстановку на поле боя, и тогда он сделал то единственное, что мог в этой ситуации – залил половину площади огнем. Одно из сильнейших заклинаний в его арсенале дало нужный результат – множество дроу не смогли избежать пламени и занялись будто факелы. В душе разгорелся огонек злорадства, потухший в ту же секунду, как плечо пронзила острая боль.