Аржо. Книга первая.

И тем не менее меня замутило. Как-то неправильно, когда мертвецов расчленяют, словно животных на скотобойне.

Ценностей никаких не нашлось, как и припасов, даже воды не было. Отхожим тоже не пахло, значит, выход или караулка, должны быть не так уж и далеко. 

Но не тут-то было. Дорога начала петлять и искажаться. Десяток метров я шел под уклон вниз, а затем начинал карабкаться на подъем вправо. Ход то сужался, то расширялся, словно его прогрызал в драбадан пьяный червь.

Я уже потерял счет времени, выпил остатки воды из фляги и начинал посматривать, на ту, что стекала с потолка.

 

В конце концов я сдаюсь. Подкладываю под капли свою медную фляжку, слушаю бульканье жидкости внутри. Живая вода, может детские сказочки о ней в чем-то правдивы. С другой стороны она может оказаться не слишком-то и животворящей. Отпиваю небольшой глоток. Миг-другой держу воду во рту, покатывая туда-сюда, но не чувствую никакой подозрительной горечи, никакого привкуса горького миндаля; глотаю. А потом жду пару минут.

У ргулов здоровье на порядок крепче людского, но береженного Праматерь бережет. Не чувствую судорог желудка, ледяного холода в венах, не слепну и не задыхаюсь в агонии, глаза мои не лопаются как было бы, атакуй меня яд. 

Так нас учили в эхизтари. Естественно, в данных условиях, это глупость, но, с другой стороны, ведь эту воду придется пить.  А отравить воду это просто и незамысловато элегантно. 

Хотя все это чушь собачья, я бреду уже здесь несколько часов и давно бы сдох, будь она отравлена.

Я просто забиваю свою голову никчемными мыслями, хватаюсь за любое абсурдное дело, лишь бы скрасить время в пути. Все чаще возникает, упорная мыль, повернуть вспять, но я настойчиво бреду вперед. 

Поверхность, по которой я иду, покрыта сложным выпуклым рисунком, что повторяется из раза в раз. Этот узор делает пол не скользким: он позволяет уверенно двигаться даже в мокрой обуви и не обращать внимания на кривизну.

Туннель закончился неожиданно, вынырнув из поворота, я не рассчитал, что в обличье несколько выше и врезался головой в стропильную балку.

 

– Поганые карлики! – пробормотал и наученный горьким опытом задействовал умения.

Путь преграждала толстая дверь. Нет никаких отметок, ни щелей для ключа или чего-то подобного. Пространство за ней было пусто, либо я не чувствую тех, кто там притаился. В любом случае не зайду – не узнаю, а поворачивать вспять я не намерен. Не сейчас.