Аржо. Книга первая.

В третий асгарский полк, его потрепали знатно, там не комплект, – вот передашь это командиру, – с этими словами он протянул мне сложенный небольшой листок плохо выделанной бумаги, – доложишься полковнику диа Асгерту и он определит, где дальше солдатскую лямку тянуть будешь. Их полк квартирует на северо-восточной окраине.

– Вот, недельное жалованье, – с этими словами он протянул мне монету серебром и добавил, – твоя служба началась. Ступай. 

Я забрал на выходе оружие, подкинул на руке монетку и спрятал ее в напоясной кошель.

Жизнь налаживается. Я думал пытать начнут, а этот тип, что даже не назвался удовлетворился рассказанной историей и отправил служить. Чует сердце радоваться причины нет. Наверняка в самый поганый отряд погнали, где одно отребье и на передовой вечно. Мясо, по-другому и не скажешь. 

Ожидаемое решение, на его месте я поступил бы так же. Зато наверно кормят как на убой. Ухмыльнулся и, спросив проходящего мимо стражника, как найти нужный полк вышел за ворота. 

Хаскр! Как это дерьмо осточертело! Я с ностальгий вспомнил первые беззаботные деньки у эхизтари.

До и после этого, события неслись вскачь, без логики и направления. 

Я утер пот с лица, и снова принялся грузить подводу мешками с провизией. Прошло уже четыре дня как я переступил ограждение нашего полка. Полка на знамени, которого красовался посох, увенчанный черепом волка. Не зря тогда встретился Дэнг с приятелями. Полк квартировал неподалеку от тракта и его патрулировал. Он мне, кстати, не попался, сидел в холодной за пьяную драку.

 

Полковника я тоже не встретил, он кутил на полковые деньги где-то в столице. Меня принял и определил в третий десяток пятой сотни полупьяный капитан с налитыми кровью свиными глазками. Мастер-сержант, что исполнял обязанности лейтенанта-сотника, отвел меня на вещевой склад, всыпав по дороге пару ударов дубинкой, чтобы я осознал, что такое субординация. 

На складе, толстощекий капрал выдал щит, копье, плащ, несколько эмблем, что следовало нашить на одежду и кожаный нагрудник, с зияющей дырой на спине.

Вместо старой выдали новую бирку – железный круг, с выбитым номером десятка, сотни и обозначением полка. 

Придя в расположение сотни я получил по зубам от десятника, чтоб знал кого следует бояться и уважать, после офицеров и мастер-сержанта, после чего мне указали на койку в казарме и велели дожидаться ужина. 

К вечеру в казарму вернулся мой десяток и остальные бойцы. Они помогали одному барону.