Монстролуние. Том 1. Попавший не в тот мир

Потихоньку, шаг за шагом, собирая армию магов и доказывая сильным мира сего собственную полезность…

«И если все получится, я доберусь до каких-нибудь записей из прошлого, посвященных Монстролунию, – размышлял я. – Они обязательно должны быть… Разумеется, если здешние маги не забрали все с собой, покидая Аве-Ллар».

Такая вероятность, честно говоря, пугала, и я старался о ней не думать…

Наверное, уже в сотый раз за ночь я приближался к фабрике ядов. То и дело останавливаясь, чтобы атаковать чудовищ магией или оружием.

К сожалению, несмотря на мои старания, далеко не всем защитникам Прибрежного Полиса оказалось суждено пережить страшные часы сражения. Взгляд то и дело натыкался на трупы не только монстров, но и людей.

Увидев очередного погибшего, я замер – и спустя мгновение понял, что нужно сделать, чтобы проникнуть на фабрику ядов в качестве работника…

Глава 24

Я приблизился и присел возле покойника на корточки. Так и есть: это Чун. Пробитый висок, левая половина лица залита кровью, остекленевший взгляд.

Рядом валялся арбалет ядовара.

«Чудо, что я вообще узнал его, – подумал я, накидывая магический покров «Отвода Глаз» на себя и мертвеца. – Но зато теперь… Все-таки не подвела интуиция…»

Подумав об этом, я взялся за ноги Чуна и поволок его к ближайшей подворотне. Там снял с него одежду, разделся сам и облачился в костюм работника фабрики ядов. Все: теперь, когда Монстролуние закончится, останется применить немного магии, и я стану ядоваром – вместо Чуна, под его личиной.

Один раз я уже использовал морок – чтобы убедить Фукса в том, что являюсь магом. Теперь же придется задействовать эту магию снова. Но немного иначе и уже на самом себе.

Я видел Чуна живым, слышал его голос и манеру говорить. Теперь мне не составляет труда принять облик узкоглазого арбалетчика и проникнуть на фабрику ядов.

Понятное дело, что дальше начинаются очень серьезные трудности. Я понятия не имею, что делают ядовары, с кем Чун дружит, с кем враждует, есть ли у него семья… Но это решаемо: стоит только добавить к мороку деталь в виде окровавленного виска, рассказать о том, как одна из тварей нанесла мне страшный удар, после которого я надолго потерял сознание, и пожаловаться, что ничего не помню.

Уверен, для многих защитников Прибрежного Полиса это знакомая история, а из боя они выходят в здравом уме. Так что изменения в поведении Чуна – дело неприятное, но вполне обычное.

Конечно, кто-то из ядоваров мог видеть, как арбалетчик погиб.