Лукавый Шаолинь

Будет постигать наше боевое искусство, славянку, – сказал Бранимир.

Жаль, что в тот момент я не увидела, как он пожирает меня глазами. Будто бы хочет запомнить навсегда. Будто бы не верит, что я – это я. А то бы опрометью бросилась бежать из клуба. Но я не могла отвести взгляд от бывшей подруги.

Маша же смотрела на меня так, как будто увидела самого любимого и близкого человека, выздоровевшего после тяжелой болезни.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, не зная, что сказать. Стараясь погасить желание обнять ее.

– Занимаюсь, вот уже год, – тихо ответила Маша. – Элюшка, родная… Это судьба, и мы не должны идти против нее. Элька, ты стала такой красивой! Я в твоих малахитовых глазах тону. И дреды тебе идут. А как похудела…

– Очень рада тебя видеть, – я была почти искренней.

– За встречу надо выпить! – закричала Всеслава.

– А это идея, – улыбнулась Маша, – может, после тренировки зайдем ко мне? Выпьем пива или, если пожелаешь, вина.

– Почему бы и нет? – я забыла все обиды, и мне захотелось пообщаться со старой знакомой.

– Вот и отлично, Элюнь, посидим, поболтаем, как в былые времена. Адрес помнишь?

– Как же можно забыть твою уютную квартирку с котом и швейной машинкой.

– Вот и замечательно. Я живу там же, ну, встретимся после тренировки. Иди на свою погибель, к великому и ужасному Бранимиру.

Мы размялись, а после началась игра в регби. Я исподтишка наблюдала за своим новым тренером. Он играл ловко и хорошо, и принес не одно очко своей команде.

– Как твое лицо? – спросил он.

– Прекрасно, – прошипела я, испытывая огромное желание дать ему по морде.

Но тут тренер опустил голову. И я заметила, какой у него грустный и немного смущенный вид.

– Наверное, ты сейчас уйдешь, – сказал Бранимир.

– Сколько я должна за занятие? – мой голос звучал отстраненно.

– Нисколько, первая тренировка – бесплатно, потому что на вторую обычно не приходят, – мрачно пошутил тренер.

– Я приду.

Перед глазами появилось ухмыляющееся лицо Тора. Было больно, по щекам катились слезы, а во рту стоял металлический привкус крови. И я почувствовала себя просто обязанной доказать свою крутость.