Лукавый Шаолинь

Ни Васильичу, ни Владу, ни Никите не могло и в голову прийти, что я полюблю женщину.

Я победила!

Как нам будет хорошо с Машей. Я наконец-то съеду от родителей, у нас будет ребенок. Возьмем из приюта зеленоглазую девочку, похожую на Машу. И мальчика, которого воспитаем, как настоящего воина. Вот исполнится пять лет, отдадим в секцию ушу. Мы будем гулять по лесу с нашими детишками и играть на флейте.

Маша позвонила через два дня.

Она приглашала меня на свою свадьбу с Яром и ждала ребенка.

Девочка с флейтой во мне умерла…

65-67

65

Два года спустя

Я стояла и смотрела на Зою, одну из наших во шинь, не произнося ни слова.

Я знала, что мое молчание для нее хуже всякой ругани, но все равно не могла заставить себя ее похвалить или высказать конструктивную критику.

Девушка была симпатичной, но уж очень неуклюжей и неспортивной. Таким не боевыми искусствами заниматься, а шитьем, вязанием или кулинарией. Но характер твердый – упорно, наверное, уже в сотый раз делает комплекс.

Меня начинает раздражать ее упрямство, так и хочется сказать: «Девочка, иди в клуб Эскалибур.

Там тебя шить научат», но вместо этого у меня невольно вырывается:

– Господи, какая же ты бестолковая… Как можно так сжимать кулак? Да тебе сломают кисть в первом же спарринге.

Зоя опускает голову. Чтобы я не видела ее слез. Сильная все-таки девочка.

– Ладно, учи, – уже мягче говорю я и иду тренироваться.

Тимур и Никита встречают меня улыбками, лишь Влад недовольно хмурится. В глубине души он осуждает мои методы обучения.

Я предупреждаю его вопрос:

– Ну, перестань, меня в свое время учили куда жестче.

– И из тебя ничего хорошего не получилось, – усмехается Тимур.

– Какая же ты стерва, Эля, – говорит Никита, но беззлобно.

Я пожимаю плечами и начинаю заниматься. Я – старшая мон шинь, и у меня индивидуальные тренировки. Многие из тех, с кем я начинала, уже сдали на тренерские пояса и основали свои клубы. Некоторые уехали в Тибет, Китай, Вьетнам – искать Шаолинь.

Я же пока готовлюсь к сдаче на инструкторский.

Да тут еще и эту во шинь на меня повесили. Надеюсь на одно – не выдержит, уйдет. И бог с ней. Рожденные ползать летать не могут. Нет у тебя способностей к боевым искусствам – сиди, шей.

Или играй на флейте, как следовало бы поступить мне.

Я ищу глазами эту Зою, но ее нигде нет. Девчонка начинает мне надоедать.

Но тут у меня в груди похолодело. Перед глазами встает картина из прошлого – Яр, который пытается перерезать себе вены в раздевалке.